Милая обманщица

– К тому же он может вообще не вернуться, – добавила Пенелопа.

Касс сумела лишь кивнуть, ибо слова кузины ранили ее в самое сердце.

– Я могу больше никогда его не увидеть, – продолжала Пен.

Касс молча подошла к зеркалу и взяла кузину за руку.

– Поэтому ты не хочешь говорить с ним, Пен? Ты боишься стать ему ближе. И если он вдруг у-умрет… – Касс закрыла глаза. Это невероятно. Невообразимо.

– Не поэтому, – возразила Пен, вырывая руку. – Мне просто непереносима мысль о том, что я повзрослею и стану старой уродиной в ожидании мужчины, который может вообще не вернуться. Это просто нечестно, тебе так не кажется?

Пен наверняка не подозревала о том, насколько жестоко прозвучали ее слова. И скорее всего, не хотела сказать ничего дурного.

– Мне жаль, Пен, – просто сказала Касс. – Должно быть, тебе очень тяжело.

– Ты даже не представляешь, насколько, – ответила Пен. – И мне тоже очень жаль. Очень жаль, что мать с отцом выбрали мне в женихи второго сына. Знаю, я не звезда сезона, но они все равно могли бы подыскать кого-нибудь другого. Они так желают нашего союза, потому что хотят приблизиться к весьма титулованной семье Джулиана.

Касс не могла не согласиться с кузиной. Свифты действительно были известной семьей. Но как могла Пен не желать Джулиана себе в мужья? Высокого, красивого, доброго Джулиана? Ведь сама Касс была влюблена в него с того самого момента, как впервые увидела.

– Что ты намерена делать, Пен? – Касс пригладила подол платья.

– А что я могу сделать? – вздохнув, произнесла Пенелопа. – Мне нужно поговорить с ним. Попрощаться. – Но тут в глазах Пен вспыхнул огонь. – Окажи мне услугу, Касс. Войди через пять минут в гостиную. Спаси меня.

Касс ошеломленно заморгала.

– Спасти тебя?

– Да. Спустись в розовую гостиную и прерви наш разговор. Скажи, что праздник начинается или что-то в этом роде. Все, что угодно. Я не вынесу мучительной беседы с лейтенантом Свифтом, которая к тому же продлится неизвестно сколько.

Касс покачала головой. Она просто не могла себе представить, чтобы кто-то захотел добровольно отказаться от наслаждения в последний раз пообщаться с Джулианом.

– О, нет, я не могу…

– Конечно же можешь. Сделай это, пожалуйста. Ради меня, а? – Пен сжала плечо Касс, а потом выпорхнула из комнаты со словами: – Спасибо, Касс, ты такая милая.

Дрожа всем телом, Касс медленно развернулась и еще раз посмотрела на собственное отражение в зеркале. Она побледнела еще больше, если такое вообще было возможно, и стала белой, точно привидение. Казалось, еще мгновение, и она станет совсем прозрачной. Прозрачной с веснушками на носу. Чудесное сочетание. Касс вздохнула. Ну и что теперь делать? Пен ждала, что она ворвется в гостиную и прервет ее беседу с будущим мужем.