Милая плутовка

Она так надеялась, что ей не придется больше ничего не добавлять к сказанному. Но Томас оказался весьма проницательным и к тому же настойчивым. Джорджина вдруг подумала: а почему она пытается скрыть истинную причину своих слез? Просто она не желает говорить о Джеймсе. Разговор о нем закончится рыданиями, а у нее уже не было сил плакать. Кроме того, она полагала, что, выплакавшись вчера вечером; сможет впредь держать себя в руках.

Она со вздохом снова села на кровать.

— Мне очень хотелось бы, чтобы все, что я чувствую сейчас, я пережила в тот момент, когда узнала о предательстве Малкольма… Тогда я была просто разъярена.

— Значит, есть что-то другое, что вызывает в тебе уныние?

— Уныние? — Джорджина усмехнулась. — Это слово так мало что говорит. — И тут же, в свою очередь, спросила: — Почему ты не женился до сих пор, Томас?

— Джорджи…

— Продемонстрируй свое знаменитое терпение, брат… Так почему же?

— Я не нашел ту, которую ищу.

— Но ты и в самом деле ищешь?

— А вот Клинтон не ищет. А ведь посмотри, сколько лет прошло с тех пор, как умерла его жена. Он говорит, что не хочет пройти через все это снова… Уоррен тоже не ищет.

Он затаил горечь. Вероятно, он изменит свое отношение к браку, потому что очень любит детей. Не ищет и Бойд. Он твердит, что слишком молод для женитьбы. Дрю заявляет, что ему хотелось бы продлить поиски, он в них находит удовольствие…

— Он так сказал? — От удивления Томас несколько повысил голос.

— Нет. — Джорджина улыбнулась. — Это я однажды подслушала.

Томас бросил на сестру сердитый взгляд.

— Что ты хочешь этим сказать, Джорджина? Что ты решила больше не заниматься поисками?

— Нет.

Просто я встретила человека, у которого совсем другие взгляды на брак. Он прямо заявил, что для него ад предпочтительнее.

— Боже мой! — ахнул Томас. Кое-что ему становилось теперь понятнее. — Но это глупость! Кто этот человек?

— Он англичанин.

Джорджина съежилась, ожидая бурного всплеска эмоций. Но недаром Томас отличался спокойствием и выдержкой. Он лишь спросил:

— Как его зовут?

Но Джорджина и без того уже сказала больше, чем собиралась.

— Его имя не имеет никакого значения. Ты никогда его не встретишь, впрочем, как и я.

— А он знает о твоих чувствах к нему?

— Н-нет… возможно… Ой, я не знаю.

— А как он к тебе относился?

— Я ему нравилась.

— Но не настолько, чтобы жениться на тебе?

— Я уже сказала тебе, Томас… Он считает, что брак — это глупость и совершают ее люди неумные.. Это его собственные слова, и сказаны они были наверняка для того, чтобы я не питала надежд.

— Мне очень жаль, сестричка, мне искренне жаль. Но знаешь, это не причина для того, чтобы так настраиваться против брака.