Мишка-Мишель

Спустя час, Сергеев традиционно сидел на кухне и писал покаяние. Пытался поупираться, но я и без кресла, о души приложился ногой по его причинному месту.

Приятно удивил меня господин Перельман. Этот сын сионского народа, без понуканий, раскололся до самого низу человеческого атавистического отростка — копчика. Мелким, убористым почерком, в покаятельном опусе, изложил обо всех своих взаимоотношениях с риэлтором Мартыновым. Конечно, сетовал Арон Исаакович, на несправедливость фортуны, которая почему-то, внезапно показала тыловую часть своей фигуры, обрекая большую и бедную еврейскую семью на тяжелую жизнь.

Но что-то мне подсказывало, что среди соплеменников Перельмана, обязательно найдется высококвалифицированный адвокат, который приложит максимум усилий, чтобы отмазать нотариуса от тюрьмы.

Уже во втором часу ночи, все визитеры смогли излиться в правдивом порыве. Мне они уже не нужны, да и спать, если откровенно хотелось. Буду сдавать их, как не нужную стеклотару в соответствующие структуры.

Глава 4

Первый звонок в службу собственной безопасности третьего управления, к которому, я имел честь принадлежать до вчерашнего дня.

Возглавляет эту уважаемую структуру, не менее уважаемый и заслуженный майор Исмаилов Рахман Расулович.

— Доброй ночи Рахман Расулович, — поздоровался я, когда на другом конце мобильной соты ответил абонент. — Это Смирнов.

— Узнал я тебя, — бодрым голосом ответил Исмаилов. Мне показалось, что он в сей поздний час не спал.

— Вы можете послать меня в длительное эротическое путешествие, и я не обижусь ни капельки. Вы, наверное, в курсе, что я уже за забором. Но у меня есть вопрос.

— Да, знаю. Но меня никто не ознакомил с приказом под роспись.

Так, что давай излагай.

— Спасибо. Код два.

— Сколько?

— Шесть.

— Пластик брать, или теплые?

— Обижаете. Все теплые и говорящие, а когда попросите, еще и пишущие. Чуток, правда, помятые.

— Жди, через тридцать минут гости будут. Я и сам посещу твою берлогу.

Надо вас читатели немного просветить. Служба собственной безопасности третьего управления, да и других управлений тоже, предназначена для разрешения нестандартных ситуаций, которые иногда случаются в жизни сотрудников. Я надеялся, что Рахман Расулович, творчески подойдет к моей проблеме.

Формально, я уже отрезанный ломоть, прикрывать меня Исмаилов не обязан. Рахман Расулович, на заре моего вхождения в структуру, был моим наставником по боевой и языковой подготовке. А еще, я этого начальника, вытащил на себе, в ходе одного неудачного выхода. Тогда, нашу пятерку, в точке встречи с проводником, покрошили в капусту. Уйти удалось только нам двоим. Тяжелораненые ребята, подорвали себя гранатами. Неделю, по горам, с висящими на хвосте бандитами, я выносил Исмаилова к точке эвакуации.