Мишка-Мишель

"

"Игоревич лично просил своего одноклассника, а по совместительству начальника ОВД «Арбат», подполковника Сергеева Василия Петровича, поискать квартиры на продажу в районе Арбата. Одноклассник не подвел, приставил участкового лейтенанта Денисова. Вот этот полицейский лейтенант и указал мой адрес.

Ключами от моей квартиры обзавелись, посетив квартиру Варвары Григорьевны. Пока одна симпатичная дама пудрила мозги уважаемой пожилой женщине, вторая шустро делала слепки со всех ключей, найденных в прихожей. Потом в мастерской изготовили очень качественные копии. Кстати, квартира Варвары Григорьевны, тоже была взята на заметку, хозяйка то не молодая, могут случиться проблемы со здоровьем.

Договор купли-продажи на мою квартиру риэлтор состряпал лихо, самого хозяина, то есть меня не было. А взять в ЖЭКе данные легко, пара шоколадок. Подписью не заморачивался, поставил какие-то закорючки. Кто проверять будет? К моему возвращению, квартиру планировалось уже толкнуть. Поспрашивал о других сделках. Рассказал и пяти случаях. Мне кажется, что Сергей Игоревич, не очень искренен со мной, утаивает правду о судьбе прежних владельцев жилья.

Простимулировал одним «бринь». Дал расклад по десяти сложным сделкам. Сложными сделками этот гад, называл случаи физического устранения бывших владельцев. Расщедрился, поделился адресочком и приметами личного душегуба, некоего Гнутого. Предложил все написать. Риэлтор пошел в отказ. Очередные два «бринь» пробудили в нем тягу к эпистолярному жанру.

Владимира Алексеевича на кухне, в том же положении сменил Сергей Игоревич. Бычка я вернул в зал, надежно связал, и дополнил его лицо одной деталью — кляпом.

Примерно моего возраста лейтенант полиции, усаженный в известное кресло, в соответствующей позе, имитировал беспамятство.

— Але, военный, открой глазоньки, — ласково так, попросил я летеху, — я вижу, ты меня слышишь. — Будешь дурковать, дам леща, да по ушам, поверь, больно будет.

Лейтенант моментально выполнил мою команду.

— Замечательно. Ответь мне на вопрос. Тебе жить не надоело? Только предупреждаю, без угроз и мата.

— Нет, мне жить не надоело, — прошипел с трудом лейтенант, освобожденный от кляпа. — А ты, наверное, не понимаешь, на кого поднял руку, я представитель правоохранительных органов.

Ты напал на меня, когда я был при исполнении служебных обязанностей.

— Вот те раз! Неприкосновенность жилища, это наше все. Ты эту неприкосновенность, взял и нарушил. И какие такие служебные обязанности ты исполнял у меня в квартире, ворвавшись в дверь?

— Я не обязан перед всякими разными отчитываться.

— Я кстати, послушный налогоплательщик, за счет, чьих средств ты живешь, тебя одевают, обувают и оружие вручают. Правда, не научили уму разуму, ну, что с олигофрена возьмешь.