Мишка-Мишель

Честно скажу, очень тронут вашей заботой обо мне и моей жене, — постарался в шутливой форме, высказать серьезные мысли.

— Не в обиду будет сказано моему сыну и моему внуку. Они выросли в благополучной стране, не испытывали серьезных трудностей. А ты рос, учился и мужал в более суровых условиях, я сам жил в той стране, только в другое время, поэтому знаю. В тебе есть своеобразный внутренний, никому не видимый стержень. Тебя не согнуть и не сломать. К сожалению, ни Семен, ни Аркадий, этим стержнем не обзавелись, и это не их вина. Тебе же предстоит создавать новую семью Смирновых в Израиле, и я уверен, что ты сможешь.

Может тебе покажутся мои слова слишком возвышенными, я говорю искренне и в святом для евреев месте, рядом с гробницей праматери Рахиль. Ирка подтвердит мои слова.

Вы тут поворкуйте немного, а я пойду, Шимону Лахману постучу по пробковому шлему. Ирка, он еще не выкинул его?

— Нет деда, носит.

Эммануил Исаакович не спеша направился в сторону белой палатки, где, по-моему, мнению собрался весь состав экспедиции, и наблюдал издалека за нашей семейной беседой.

— Ну, дед, ну интриган, — возмущалась Ирэн, — теперь я поняла, зачем он у меня все выспрашивал о тебе.

 — Он просто собирал о тебе подробнейшую информацию, так сказать, из первых уст. Даже интересовался, как часто мы с тобой бываем близки.

— Прадед милая, человек старой закалки, его уже не изменишь. Готовься дорогая моя, твой муж будет очень часто и подолгу задерживаться на службе, особенно в первое время.

Знаю любимый. Папу я видела тоже редко, привыкла. Где-то читала, что в семье воина, дети тоже становятся воинами. У нас, я думаю, продолжится эта традиция.

Эпилог

Сегодня в нашем доме торжество, собралась вся моя большая еврейская семья.

Собралась не просто так, а по поводу возвращения в родные пенаты, моей дочери — Смирновой Анны Михайловны."

"Все случилось так, как предсказывал дед Трифон. Вера перевернулась на квадроцикле, получив травмы не совместимые с жизнью. О трагедии мне сообщила Зинаида Архиповна. Слетал в Россию, забрал дочку. Столкнулся, конечно, с тамошней бюрократической машиной, пришлось побегать по кабинетам, доказывать, что Аня, действительно приходится мне дочерью. Заставили даже проходить генетическую экспертизу.

С этим полный порядок. И вот теперь Аня, топает в манеже, а Женька — наш с Ирэн сынишка, пытается догнать сестренку ползком.

— Смотрю я Мишка на твою дочь, и умиляюсь, — подтолкнул меня легонько в бок, старейшина нашей семьи, Эммануил Исаакович, — любят тебя бабы, ох как любят. — Ирка вон, родила сына, точную твою копию. А из России, ты привез дочь, и опять, один в один ты. Если не знать о разнице в возрасте детей, то выглядят они почти, как близнецы. Только Аня светловолосая.