Миссия Шута

Придется вернуться туда, где мы вчера оставили след, и попытаться вновь его отыскать, если, конечно, там что-нибудь осталось после дождя. Другой дороги, которая приведет нас к принцу, мы не знаем. Если же у нас ничего не выйдет, тогда будем искать Лорел и Полукровку в надежде, что они приведут нас к Дьютифулу.

– Согласен, – едва слышно ответил Шут.

Неожиданно я почувствовал укол совести из-за того, что испытал облегчение. Не только потому, что он со мной согласился, и не потому, что Полукровка оказался вне пределов досягаемости. Лорел и пленник ушли вместе, и мы могли больше не притворяться и снова стать самими собой.

– Я по тебе скучал, – тихо сказал я, зная, что он меня поймет.

– И я тоже.

Голос Шута прозвучал не с той стороны, с которой я ожидал. Он поднялся в темноте и двигался по пещере бесшумно и грациозно, словно кошка. Я вдруг вспомнил свой сон и сумел соединить его фрагменты.

– Мне кажется, принцу угрожает опасность, – сказал я.

– Ты только сейчас это понял?

– Другая, совсем не та, что я думал. Я подозревал, что люди с Древней Кровью специально выманили его, уговорили покинуть Кетриккен и двор, подарили кошку, чтобы та стала его партнером, а они смогли бы забрать его и принять в свои ряды.

Но ночью мне приснился сон и… плохой сон, Шут. О том, что принц лишился своей сущности, а кошка взяла под контроль их связь так, что он едва помнил, кто он.

– Такое возможно?

– Я не знаю наверняка. Это было так необычно. Я видел его кошку, но не только. А еще я знал, что там есть женщина, но мне не удалось ее разглядеть. Превратившись в принца, я ее любил. И кошку я любил. Мне кажется, кошка тоже меня любила, но я не до конца уверен. Женщина… как будто стояла между нами.

– «Превратившись в принца»…

Я понял, что Шут не знает, как получше сформулировать вопрос. Понемногу светало, но волк продолжал спать. Я попытался объяснить Шуту, что имел в виду:

– Иногда, по ночам… это не совсем Сила. И не только Дар. Похоже, я бастард и в том, что касается магии, во мне смешалась разная кровь. Наверное, именно поэтому Сила причиняет мне такую сильную боль. Возможно, мне так и не удалось как следует ее освоить, а Гален был прав насчет меня…

– «Превратившись в принца», – твердо напомнил мне Шут.

– Я становлюсь им во сне.

Иногда помню, кто я в действительности. Порой превращаюсь в него и знаю, где он и что делает. Я слышу его мысли, но он меня не чувствует, и я не могу с ним разговаривать. Или могу. Я не пробовал. Когда я сплю, мне не приходит в голову попытаться. Я просто… ну, словно вселяюсь в него и живу его жизнью.

Со стороны Шута донесся звук, несколько похожий на задумчивый вздох. Рассвет наступил, как это бывает, когда одно время года сменяет другое, – ночной сумрак почти сразу же превратился в жемчужно-серый свет.