Миссия Шута

Наградой мне стали злобные вопли, вырвавшиеся одновременно у зверя и его партнера. Человек испытал боль своего кота, и я пережил диковинное ощущение, пропитанное Даром, зная, что они оба посылают в мой адрес злобные проклятия. Я закрыл для них свой разум, ударил пятками Вороную, и мы врезались в лошадь противника. Я сделал выпад в его сторону, он постарался увернуться и вывалился из седла. Его испуганная лошадь, оставшись без всадника, поспешила умчаться прочь. В свою очередь та, на которой сидел принц, постаралась оказаться как можно дальше от сражения и сошла с тропы на небольшой участок земли рядом.

Взъерошенная кошка, сидевшая за спиной принца, встретила меня злобным шипением. С ней что-то было не так, и она вызывала у меня отвращение. Пока я пытался понять, в чем дело, юноша развернул коня, и я оказался лицом к лицу с Дьютифулом.

Мне доводилось слушать рассказы самых разных людей о мгновениях, когда кажется, будто мир замирает, а время останавливается. Так могло случиться и со мной. Я смотрел в лицо молодого человека, которого несколько минут назад знал лишь понаслышке.

У него было мое лицо.

Причем настолько, что я знал, в каком месте под подбородком у него вырастет щетина, которую будет очень трудно сбрить – когда он начнет бриться. Моя линия челюсти, мой нос, каким он был до того, как его сломал Регал. Он, как и я, оскалился, охваченный яростью сражения. Душа Верити подарила молодой жене короля семя для зачатия мальчика, но плоть Дьютифула рождена моею плотью. Я смотрел в лицо сына, которого никогда не видел и не признавал своим, и между нами неожиданно, с холодной неизбежностью замыкаемых кандалов, возникла связь.

Если бы время для меня остановилось, я был бы готов к удару его меча.

Но мой сын не разделил со мной этого диковинного мгновения узнавания. Дьютифул атаковал меня, словно сотня диких демонов, а его боевой клич почти ничем не отличался от вопля кошки. Я чуть не свалился на землю, пытаясь увернуться, но ему все-таки удалось располосовать мою рубашку и оставить на коже довольно болезненную царапину.

Когда я выпрямился в седле, на меня бросилась его кошка. Ее визг был почти неотличим от женского. Я успел развернуться, отбил ее нападение локтем и с отвращением закричал, когда она меня ударила.

Прежде чем она сумела еще что-нибудь предпринять, я отшвырнул ее прямо в лицо всаднику, которого несколько секунд назад выбил из седла. Она взвыла, когда они столкнулись и оба упали. Человек придавил кошку своим весом, она завизжала пуще прежнего и, отчаянно работая когтями, выбралась из-под него, но ей пришлось тут же отступить, чтобы не попасть под копыта Вороной. Принц не сводил глаз с кошки, и его лицо исказил ужас. Я воспользовался моментом и выбил из его руки меч.