Моя по контракту

— Станислав Валентинович, тут журналистка уже третий раз приезжает, мы её долго к вам отправляли, — к нам подходит рабочий, а за его спиной в нашу сторону торопится женщина в жёлтом плаще.

Она подходит ближе и улыбается.

— Привет, Стас.

— Привет, Лара.

Они очень по-свойски приобнимаются, и женщина целует его в щёку. Явно знакомы. Может быть они родственники или хорошие друзья. Я ведь много не знаю о своём муже. Да что там, я совсем почти ничего не знаю. Но меня внутри царапает.

Они обмениваются взглядами как-то по-особенному, отчего я чувствую себя лишней.

— Лариса, познакомься, это Ася — моя жена."

"— Привет, — она переводит на меня заинтересованный взгляд и улыбается. — Рада познакомиться.

— Я тоже, очень приятно.

Редко когда получается вложить столько лжи в одну фразу.

— Лара, комментариев не будет. И фото тоже запрещено.

— Ты как маленький, Стас, — брюнетка усмехается, вздёрнув брови. — Не дашь комментарий ты, даст кто-нибудь другой. И кто знает, что он скажет.

— Лариса, не лезь в это, — мне тон Грачёва не нравится.

— Почему же, я думаю, комментарии дать очень даже стоит, — вставляю свои пять копеек. — Вы же журналист? — обращаюсь к этой Ларисе и продолжаю, получив утвердительный ответ. — Пусть городская общественность знает о проблеме. К подобным вещам необходимо привлекать внимание.

Стасу, кажется, моя активная позиция по этому поводу не нравится. Ну ещё бы, попрали его мужское слово.

Он хотел бартер: душ на ""утки"". Своё получил, теперь я хочу своё.

Взглянув бегло на Грачёва, Лариса достаёт небольшой блокнот и ручку и концентрирует внимание на мне. Я коротко рассказываю ей, что произошло, но свои догадки о вине сажевого завода оставляю при себе. Доказательств у меня нет, оболгать кого-то мне не хочется. Женщина слушает внимательно, делает пометки, пару раз задаёт вопросы, рассказывает мне о сайте, главным редактором которого она является.

Стас прерывает нас, уведомив о том, что ему пора в офис. Отправляет меня в машину, но сам задерживается. Через стекло я вижу, что он что-то говорит Ларисе, а та хмурится. Что ж, посмотрим, есть у неё журналистская этика и расскажет ли она о происшествии на своём сайте, который, кстати, я нахожу и сохраняю в закладки, чтобы потом изучить.

— Вы друзья? — не удерживаюсь от вопроса, когда Грачёв возвращается за руль и мы выезжаем на трассу.

— Сейчас да, раньше были любовниками.

— А.

Чувство, что скреблось внутри, пока мы общались с этой Ларисой, оказалось не ложным. Он ответил честно, мне на это сказать нечего, но привкус горечи во рту никуда не деть.

— Не ревнуй, Змеевна. Лариса — хороший человек. Я её очень любил, но был слишком молодым и дурным, а ей нужен был мужчина, а не пацан.

— Понятно.

— Было больно, но потом перегорело. Совсем.