Мой ангел злой, моя любовь…(СИ)

Все, кроме Анны, которая так и не сумела отвести взгляда от лица Андрея.

Что он здесь делает? Отчего тут? И почему она ныне не уделила должного внимания своему туалету? Отчего решила надеть это простенькое домашнее платье с цветастым рисунком, отчего не сделала прическу, а просто небрежно заколола волосы в узел? Все эти мысли вихрем пронеслись в голове Анны, пока она с трудом боролась с желанием спрятаться от гостя за решетку, увитую розами, понимая глупость и наивность этого поступка.

— Анна Михайловна, Катерина Петровна, mademoiselle Poline, — Андрей шагнул от дверей, и лакей быстро затворил за ним створки, скрываясь от хозяев за ними. — Прошу простить меня за сей нежданный визит. Я уезжаю, вы, верно, слышали о том. Не мог не заехать к вам, чтобы не попрощаться. К тому же я наслышан у вас, Катерина Петровна, сестра проживает в Москве. Коли есть на то желание, то я мог бы передать от вас и вашей маменьки для нее письмо. Если вы пожелаете написать…

— Ах, Андрей Павлович, как любезно с вашей стороны! Это было бы превосходно! — Катиш едва ли не захлопала в ладони, услышав это предложение, как отметила Анна. Она снова смущенно глянула в пол, после, явно вдруг растерявшись, на Анну вопросительно, зная, что мать еще не выходила из спальни.

— Allez donc la dire

[112], - мягко произнесла Анна, видя растерянность кузины. Та согласно кивнула, быстро шагнула к двери и, присев перед Андреем, что в ответ тут же поклонился ей, вышла вон из оранжереи. Полин взглянула на Анну, которая вернулась после ухода Катеньки к своему занятию с розами, потом на Андрея, что смотрел на ту от двери пристально.

— Пожалуй, пойду и я, проведаю maman, — она изо всех сил пыталась сдержать шаловливую улыбку от того взгляда, которым ее наградила Анна. Полин присела перед Андреем, уходя, и все же улыбнулась, заметив его благодарный взгляд. Вышла из оранжереи, аккуратно прикрыв створки дверей, чтобы ненароком не разбудить Пантелеевну, по-прежнему дремавшую на своем месте в углу.

— Comment allez-vous?

[113]— спросил Андрей, явно не зная, как начать разговор. Анна даже не повернулась к нему, будто не расслышала его вопроса. Она вовсе не имела намерения обмениваться с ним любезностями о ее здравии, о погоде и о другой банальности, слыша не только его голос ныне, но и насмешливый голос брата: «О, ты так напугала нашего бравого ротмистра…»."

"За спиной Анны раздались шаги, но даже не будь их, она бы разгадала, что Андрей приблизился, встал так близко от нее, что ей казалось, она даже может распознать среди аромата роз запах eau de Cologne

[114]. Она невольно затаила дыхание, боясь повернуть голову в его сторону, ненароком коснуться взглядом, встретиться глазами.