Мой ангел злой, моя любовь…(СИ)

И при каждом движении руки, когда он вынимал изо рта чубук, ему мигали с пальца камни. «Анна»… Это имя было не только заключено в золотой оправе. Оно было выжжено на его сердце. И этого уже никуда не уйти, не спрятаться. Il ne pouvait en ^etre autrement!

[637]

— Андрей Павлович… барин…, - тронули за плечо Андрея, и тот вдруг проснулся. Надо же — заснуть в кресле, даже сняв грязных сапог и пропахшего дорогой и лошадьми сюртука! Эк, его вымотали прошлые дни! А потом вспомнил, где находится, и тотчас спросил о гостях, о предстоящем ужине.

— Прибыли все аккурат некоторое время назад, — сообщил Прошка, помогая барину раздеться перед ванной, уже наполненной горячей водой.

 — Все довольные, радостные такие. Диво! Ведь накрапывало же! Нынче вона к ужину приготовляются. Девки так и бегают по лестницам с утюгами, с щипцами! — а потом заметив пристальный взгляд хозяина тут же добавил то, что интересовало барина намного больше и всех гостей, всех вместе взятых, и предстоящего ужина. — Барышня ездила на прогулку. Сам видел, как прибыла на двор в одной из колясок. Здрава и румяна. Знать, хворь ушла без следа.

От этого известия в груди разлилось тепло. И Андрей уже с большим наслаждением медленно погрузился в горячую воду, с трудом сдерживая стон, когда распрямлял больное колено. Осталось всего пара часов, и он увидит ее, убедится собственными глазами в том, что болезнь не отразилась на ней. А остальное… Разве уже так важно остальное?

Но среди лиц, которые Андрей увидел в салоне, спустившись перед началом ужина, Анны, на его огорчение, не было. И сразу почувствовалась невероятная усталость, что давила на плечи еще с середины дня.

Потому не мог не подумать, что надобно было все-таки остаться в своих покоях и отдохнуть, а не спешить предстать перед десятками взглядов собственных знакомых и знакомых матери, которых та с большим удовольствием пригласила в Милорадово, перед взглядами соседей, которых он толком еще не успел узнать. Неспешные беседы в салоне и после в большой столовой за трапезой, анекдоты и тихий смех отчего-то утомляли, действовали на нервы. Сам же ужин казался бесконечным с его семью переменами блюд. Он был и рад увидеть своих петербургских знакомых, прибывших в Милорадово, и в то же время отчего-то равнодушен к их присутствию здесь.

Усталость, подумал Андрей, с трудом понимая вкус жаркого, которое подали одной из перемен. Я просто устал физически… вымотан донельзя. Или он отвык от общества за время походов и вынужденного уединения после возвращения из Европы? Он иногда окидывал взглядом улыбающиеся лица, блеск драгоценностей, камней орденов или золота эполет в свете свечей, легкое колыхание перьев в тюрбанах, чепцах или эспри.