На осколках разбитых надежд (СИ)

Даже Биргит с мужем пришла в замок той ночью, чтобы проверить последствия налета, и присоединилась к работам. Они работали слаженно и поспешно, стараясь сделать все быстро. Но разбитых окон в замке было слишком много, особенно высоких «французских», а рабочих рук слишком мало. Вернее, мужских рук, способных держать молоток.

Поэтому, когда спустя час Рихард привез Магду из больницы, он присоединился к ним без раздумий, чтобы ускорить работы. Лена сама вызвалась ему в помощь, без лишних раздумий, не дожидаясь приказа. Работы уже подходили к концу, и им досталось всего несколько проходных комнат первого этажа.

Трудились они молча. Рихард прибивал плотный картон или фанеру к рамам, а Лена подавала ему гвозди, пытаясь поймать его взгляд и понять, в порядке ли он сам сейчас. Крови не было видно. Только майка в вырезе халата была вся испачкана одним кроваво-красным пятном. Он так торопился отвезти Магду в больницу, что даже не сменил домашнюю одежду. Только натянул форменные брюки, отчего его наряд сейчас выглядел весьма странно.

Лена попыталась завести с Рихардом разговор. Спросила о Магде, но он отвечал скупо и резко, и она поняла, что он не желает разговаривать сейчас.

Потому оставила эти попытки и сосредоточилась на работе.

Спустя некоторое время к ним заглянула Биргит и сообщила, что работы закончены. Рихард велел ей со Штефаном возвращаться домой, а слуг отпустить отдыхать. Нет, ему самому помогать не надо было — осталось всего одно окно.

— Как твой дом, Биргит? — спросил Рихард озадаченно. — С ним все хорошо? Его не тронуло? Никто из твоих не пострадал?

— Что с ним станется, господин Ритци? — улыбнулась Биргит, довольная этим вниманием. — Он сделан из того же камня, что и Розенбург.

Тоже стекла повылетали и только. Но Руди — смышленый малый, и руки у него растут откуда надо."

"— Руди у тебя славный малый, — похвалил Рихард, улыбаясь уголками губ, и Биргит расцвела еще пуще прежнего. Рихард же был мыслями явно далеко от этой комнаты и разговора, и едва за Биргит закрылась дверь, снова сосредоточился на работе. Когда была прибита последний кусок фанеры, временно защищающий дом от сырости и холода, Рихард спрыгнул со стула, положил молоток на подоконник и неожиданно шагнул к Лене.

Она ждала этого все время, пока они были вместе, поэтому с готовностью прижалась к нему, обхватив руками его талию, едва он обнял ее крепко-крепко.

— У Магды останется большой шрам на лице. Она едва не потеряла глаз. Если бы осколок вошел чуть ниже… — произнес Рихард глухо, пряча лицо в ее волосах. — Томми в этот раз взяли больше жертв, чем обычно. Штайлер…

Лена напряглась, когда услышала это имя, заранее зная, что он скажет сейчас. Но все же не была готова к этим словам. К такому никогда нельзя быть готовой.