На осколках разбитых надежд (СИ)

— Под удар попали бараки с иностранными рабочими… прямое попадание.

И стиснул руки еще крепче, когда она дернулась, понимая смысл сказанного. Она пробыла на работах у Штайлера немногим больше месяца, но успела привязаться за этот короткий срок к людям, которые работали на него.

— Ты кого-то знала из них?

— Всех…

Они плохо понимали друг друга порой, особенно голландцы и французы, но все же как-то нашли общий язык. Эти мужчины были так заботливы к ней, так трепетно оберегали ее во время работ, так старались поднять ей настроение, когда она падала духом. Вспомнила их всех, хотя не видела несколько месяцев.

От совсем еще мальчишки француза Поля до грузного как медведь Марека.

— Мне очень жаль, — произнес Рихард. Она слышала по его голосу, что он действительно огорчен этими смертями. Он провел ладонью по ее волосам, пытаясь хоть как-то унять ее боль, но этого было мало. Почему-то показалось кощунственным слушать эти слова от немца. Именно по вине Германии и ее армии все эти люди оказались здесь. Не случись войны, они бы жили совсем другой жизнью и вполне вероятно скончались в глубокой старости.

— Мы все многое пережили сегодня, — сказал Рихард примирительно, когда Лена отстранилась от него резко и настойчиво, уходя от его прикосновений.

 — До рассвета всего несколько часов. Тебе нужно отдохнуть, Лена.

Лена прикрыла на миг глаза, пытаясь совладать с чувством скорби, которое охватило ее при известии о последствиях бомбардировки британцев. Как же это было странно — погибнуть вот так, в Германии, от бомб тех, кто пытался победить нацистов! И как это было страшно — быть похороненным не на своей земле, вдали от родных! Вполне возможно никто из них так и не узнает об этом.

Если родным голландцев или французов могли сообщить, то вряд ли кто-то озаботится поиском семей украинок, которые работали на ферме Штайлера.

Рихард без лишних слов проводил ее до самой двери маленькой спаленки. В коридоре из-за забитого наглухо фанерой окна было бы темно, словно глаз выколи, если бы Катерина не включила лампу в спальне Лены и не оставила дверь открытой. В полосе света, идущем из спальни, маленькие осколки, которые все еще не убрали с пола, выглядели драгоценными камнями и ярко блестели, отражая электрический свет.

Такое обманчиво красивое напоминание о минувшем налете…

Впервые за прошедшие дни Лена вдруг почувствовала скованность в присутствии Рихарда. Ей хотелось, чтобы он поскорее ушел, оставив ее наедине с мыслями и скорбью по погибшим. Но после его ухода, когда осталась одна в тишине маленькой спаленки, вдруг испугалась этого одиночества и поспешила в соседнюю комнату к Кате. Та спала глубоким сном, положив ладонь под щеку, и Лена не решилась ее будить ради прихоти поговорить о случившемся.