Наследник погибшего брата (СИ)

Алла дергается и надрывно дышит, поощряя на продолжение. Играю с ее грудью и упиваюсь своей властью.

Эта женщина сводит меня с ума. Я возбужден до предела, но не могу оторваться от нее. Хочется еще и еще. Больше и жарче. Хочется ее всю и сразу. Поддавшись звериному порыву, спускаюсь поцелуями по животу до лобка."

"— Назар, не надо, — судорожно всхлипывает Алла и пытается меня остановить.

— Почему?

— Я… мне никогда…

— Серьезно? — пораженно выгибаю бровь.

Она лишь робко кивает и виновато закусывает губу.

— Я буду первым, — говорю решительно и смотрю ей в глаза.

А у самого внутри уже полыхает пожарище. Как же я ее хочу. До трясучки. Уверенно развожу бедра жены в стороны, максимально раскрывая, и приникаю губами к влажной горячей плоти. Алла надрывно стонет и инстинктивно дергается. Сладкая моя. Сожру всю целиком.

Фиксирую и начинаю искусную игру специально для нее. Дразню и вожу по краю удовольствия, но не даю сорваться вниз. Нет уж. Сегодня мы сделаем это вместе.

Алла жалобно стонет и молит о пощаде. Крышу сносит от нее. Несильно прикусываю за бедро и замечаю, что она рефлекторно дергается. Чувствует? Это же хорошо?

— Назар, — всхлипывает Алла и тянет ко мне руки.

— Потерпи.

Стягиваю боксеры и спешу к ней. Устраиваюсь между бедер и, сжав жену в объятиях, толкаюсь вперед. Заполняю до основания и стискиваю зубы. Такая она узкая, что едва не кончаю, так и не начав. Но быстро беру себя в руки.

— Мамочки, — выдыхает Алла и зажмуривается.

— Что? Больно? — замираю и боюсь пошевелиться.

— Приятно, — улыбается она. — Ты большой…

Усмехаюсь и крепче сжимаю жену в объятиях. Мне так нравится быть в ней, с ней одним целым, двигаться в одном ритме. Хочется продлить этот миг максимально, но мой организм категорически против и требует своего. Целую Аллу и ускоряюсь, приближая нас обоих к оргазму.

Аллу пробивает крупная дрожь. Сладостная судорога и вскрик. Она замирает, а я чувствую, как сокращаются мышцы ее лона. Не выдерживаю и кончаю, почти одновременно. Охренеть, какой крышеснос. Словно умер и заново родился.

Алла лежит на моей груди и так доверчиво прижимается, что меня снова сносит в нежнятину. Я, наверное, сошел с ума. Перебираю волнистые локоны и безмятежно улыбаюсь. Алла мурлычет что-то нечленораздельное, да я и не пытаюсь понять. Потом все. Сейчас слова не нужны, но я ощущаю острую потребность сказать ей.

— Девочка моя любимая, — шепчу на эмоциях и уплываю в какие-то фантазии.

Трется о мою грудь носом и целует.

— А если у нас получится ребенок? — внезапно спрашивает она и поднимает на меня глаза. — Не рано? Как ты думаешь?

В ее взгляде неподдельная тревога.

— Не получится, — целую в нос и вновь укладываю.

— Почему? Мы же не предохранялись…

Невольно напрягаюсь.