Мой худший друг

Янка облизывает губы, переминается с ноги на ногу.

– Тут так шумно, может, во двор выйдем? Разговаривать совсем неудобно.

Отрицательно мотаю головой. Вижу вспышку недовольства на ее лица, но она ее мгновенно гасит, продолжая надоедливо мяться рядом.

Делаю шаг в сторону и звоню Громовой. Сам себя предаю, но ничего с собой поделать не могу.

Арина скидывает звонок. Может быть, случайность?

Набираю снова и нарываюсь на очередной игнор. Проходит несколько секунд, прежде чем на телефон падает сообщение.

Ариша: Я хочу побыть одна.

Одна, значит? Понятно.

Поворачиваюсь к Янке. Смотрю на нее по-новому в этот момент. Как на объект.

Красивенький и на все готовый объект, который не будет жрать мой мозг чайной ложкой.

– Пошли, – тяну ее на второй этаж. – Тут не так громко.

Яна улыбается.

Что я делаю вообще? Сюр какой-то. Уже хочу свалить обратно, но Романова подворачивает ногу. Высоченные каблуки ее подставляют, и она валится в мои руки. Едва успеваю поймать.

– Прости-прости, – бормочет, оттягивая подол платья вниз. – Я случайно, неудобные туфли, только вчера купи…

Смотрю на ее шевелящиеся губы.

Секунда. Две. Три.

Зажимаю Романову в углу.

Целовать я ее не хочу. Платье задираю, то, которое она так усердно оттягивала. Янка вздрагивает, сама с поцелуем лезет.

Несколько секунд, за которые я успеваю потеряться в пространстве. Накатывает презрение к самому себе, но я уверенно через него перешагиваю.

Толкаю дверь в первую попавшуюся комнату и утягиваю туда Янку.

Она что-то шепчет, обнимает. Не слушаю, потому что она тут для одного конкретного дела.

Тянусь к ремню, упираясь коленями в кровать.

Телефон звонит именно в этот момент. Истошно вибрирует. Первая мысль – проигнорировать. Вторая, черт его знает…

Вытаскиваю смартфон и застываю, потому что на экране маячит: «Ариша».

Сглатываю, бегло оценивая обстановку. Черт!

Янка опирается на локти, смотрит на меня. Перевожу бегающий взгляд от экрана телефона на Романову.

Едва ощутимая вибрация колет пальцы. Делаю шаг назад и выхожу на балкон, плотно прикрывая за собой дверь без каких-либо объяснений.

Прежде чем ответить, делаю глубокий вдох.

Подношу телефон к уху, сглатываю. Мутит от происходящего. Упираюсь ладонью в балконную перекладину.

– Тим, – Аринкин голос в динамике бьет по нервам точечным залпом. – Ты меня слышишь?

– Да, – киваю в такт словам. – Да…

– Я извиниться хотела. Мы сегодня плохо расстались, точнее, разошлись, блин! Ну ты понял, – тараторит на высокой ноте.

Снова киваю, но теперь уже молчу. В висках все еще пульсирует. Из недр желудка поднимается страх, обжигая горло кислотой. Перетряхивает всего. Что ей сказать? Что вообще в таких ситуациях говорят?

– И за сообщение прости. Я, наверное, была резка. Просто мне правда нужно было обдумать.