Мой худший друг

Янка говорила правду, а я решила, что она всего лишь ничтожная лгунья, которая хочет нас рассорить.

Плевать на Романову. Она не раз открыто показывала свою позицию. Не молчала. На нее мне плевать.

В моей голове просто абсолютно не укладывается, как это мог сделать ОН? Если бы я не позвонила, возможно… Возможно, он бы с ней переспал. Он сам это сказал. Не смягчил дурацкую правду…

Лучше бы соврал. Не нужна мне была его дурацкая правда. Не нужна!

Швыряю пудреницу в косметичку и делаю еще один глубокий вдох.

– Ты справишься, – улыбаюсь своему отражению.

Пока переодеваюсь, в комнату поднимается мама. Предлагает позавтракать. Интересуется, как я, и даже помогает заплести косу.

На кухню я спускаюсь и даже с горем пополам вмещаю в себя йогурт и половинку злакового батончика.

– Папа приедет? – спрашиваю и щелкаю ремнем безопасности.

– Да, позвонил, сказал, что уже приземлился.

– Хорошо.

Снова улыбаюсь, даже не вымученно. Это большое облегчение, что сегодня родители тоже будут в школе.

– Мам, я хотела сказать, – закусываю губу, – насчет Тима…

– Вы поругались?

– Мы расстались.

На мамином лице проступает удивление. Она поворачивается ко мне на пару секунд, но этого хватает, чтобы понять, насколько эта новость для нее неожиданная.

– Что-то случилось?

– Ну, у нас планы на жизнь разные. Как-то не выходит… Я думаю о будущем, ну а Тим… Тим о том, в какой бы клуб сходить сегодня.

Мама понимающе кивает, ну или делает вид, что понимающе.

– Может быть, еще помиритесь, – улыбается. Видимо, хочет меня приободрить.

– Вряд ли, – вздыхаю, – это была моя идея. Расстаться. Поэтому вряд ли, – облизываю губы.

– Ладно. Но это не повод морить себя голодом. Я всю неделю наблюдаю за тем, как ты себя мучаешь."

"Значит, в инфекцию даже мама не поверила…

– Сегодня я поела…

– Йогурт и батончик, – вздыхает. – Ну хоть что-то.

Машина пересекает территорию школы. В глаза мне сразу бросается кортеж из трех машин. Это Азарины. Дядя Серёжа не ездит без водителя и охраны.

Растрепанную макушку Тима я тоже замечаю. Он хмурится, что-то отвечает своей матери, и та скептически улыбается. Они переговариваются, пока дядь Серёжа расхаживает туда-сюда с телефоном. Стандартная картинка.

– Ульяна!

Азарина взмахивает рукой, заметив нас. Мы уже вылезли из машины.

Мама огибает капот и сжимает мою ладонь. Очень крепко.

– Все хорошо, не переживай, Арин. Я рядом.

Сильнее вцепляюсь в мамину руку. Когда подходим к Азариным, мой взгляд устремляется к асфальту. Я вежливо выдавливаю приветствие и таращусь на свои туфли.

Чувствую, что Тим смотрит.

Сердце снова сдавливает, а ладони становятся влажными.

– Вертолетов уже подходил, – улавливаю голос теть Алёны. – Нам сказал в актовый идти, а Тиму – в класс.