Мой любимый Метаморф

Он смотрел на шар так, словно был изголодавшимся волком, увидевшим, наконец, раненую овцу прямо на дороге в полном одиночестве и беззащитности.

Сделав несколько шагов вперёд, он протянул руки и, явно забыв о существовании кого-либо еще, прикоснулся к шару. Свет в шаре стал сильнее, а по рукам цвинна побежали молнии, на которые он не обратил внимания. Он смотрел вглубь шара невидящими глазами и даже не дышал.

Вдруг по воздуху распространились отчетливые ментальные волны, и на нас хлынули чувства обезумевшего цвиннского генерала."

"Он действительно страстно жаждал власти. И действительно верил, что этим восстановит честь, доблесть и мощь своих прославленных предков. Но замахнулся он слишком на многое: ему вдруг приспичило завладеть не только родным Цвинном, но и другими населенными планетами. Он считал себя истинным императором и, пожалуй, действительно был настоящим клоном древнего правителя…

Но… шар засеребрился и полыхнул.

— Глупый… жадный… недальновидный… — пронёсся голос Стража, как приговор, и тело Шина Орейна резко затряслось. Лицо его перекосилось, ноги подогнулись, и он упал на пол, навечно закрыв обезумевшие глаза…

Меня передернуло, но сила влечения к шару вдруг снова усилилась. И хотя я только что своими глазами видела смерть своего сородича, жажда прикоснуться к загадочной силе Предтечей становилась все более невыносимой…

Я обернулась к Максу с трудом. Его глаза тоже горели, но я видела, что он борется с собой. Однако в какой-то момент его сопротивление дрогнуло, и он сделал в сторону шара неуверенный шаг…

Сопротивление…

Макс Беллен

Когда из ниоткуда начали появляться и другие участники безумного покорения Пещер, я впал в некоторый ступор. От всех этих перемещений, смены декораций и волнения слегка кружилась голова. Увидев же около Исиды Руэля, я вообще выпал в осадок. А потом наконец-то понял. Понял, кем был тот самый необычный солдат, которому она так легко доверилась и который очень помог мне на третьем уровне. Руэль! Он давно уже был рядом.

Я уважительно кивнул ему и даже обрадовался, что об Исиде теперь могу не переживать.

Мара побежала в объятья появившейся Энайи, и я снова ощутил облегчение. Увидеть ее и Талиэна живыми я уже не надеялся.

Однако появление Стража и потом последующая очень показательная смерть Шина Орейна ввергла меня в глубокое беспокойство.

Но это было еще не всё. Я словно раздвоился. Одна часть меня — какая-то мелкая и даже поверхностная — безумно тянулась к шару силы и жаждала заполучить его себе, но другая трезво и яростно сигнализировала: это смертельно опасно и делать этого нельзя!

В какой-то момент жажда даже начала побеждать, и я сделал вперед неуверенный шаг, но меня опередили.

Саалонец [название расы ракхарцев на иширском — прим.