Мой любимый Метаморф

Кадетам предстоит провести ровно одну неделю, участвуя в настоящих полицейских рейдах и проживая в местных общежитиях, а на основании полученных знаний и деятельности от каждого потребуется написать отчет в пяти листах относительно увиденного и заученного на этой самой настоящей практике…

Честно говоря, мне это показалось настоящей глупостью. Я уже побывал и на ядовитом Зиграме, и на секретной военной базе «Кремень-1», и даже на корабле пришельцев-зоннёнов, и после этого мне предлагают побегать по грязным подворотням Ишира, чтобы еще и отчет об этом написать???

Но выбирать не приходилось. Учеба!

Только вдруг поймал себя на мысли, что совсем не хочется расставаться с Марком на целую неделю… И поник. Неужели я… опять? Слишком большая привязанность, слишком! Так ведь не должно быть?

Значит, наоборот, это хорошо, что мы будем порознь! Нужно от него отвыкать…

Ободренный этой мыслью и полный решимости побороть все остатки своих неправильных чувств, я начал готовиться к практике заранее, собирая небольшую дорожную сумку и закрывая все свои долги по теории.

Однако Марк, влетев в комнату, огорошил меня неожиданной новостью: мы с ним вошли в состав одной и той же группы вместе со знаменитым на всю Академию четверокурсником Энди Вильсоном, которого не знали разве что местные дворняги (он был единственным в Академии студентом, способным к телекинезу). Помимо него к нам приставили «зеленого» новичка с первого курса — кадетку Эмилию Рэйни (гений в области медицины), а также… преподавательницу инопланетной биологии Таисию Миро!

Честно говоря, меня накрыла радость. Яркая, неконтролируемая и… очень пугающая. Я радовался, что Марк будет со мной. И это расстраивало.

Разрываемый на части совершенно противоречивыми чувствами, я не знал, улыбаться мне или жестко сжимать зубы от напряжения.

Марк же был немного сконфужен тем, что в нашу группу зачем-то вошла Таисия Миро. Похоже, близко сталкиваться с ней он отчего-то не хотел…

Но мнения кадетов никто не спрашивал, поэтому ровно через трое суток мы в составе своей группы прибыли на территорию полицейского участка, базирующегося в самом тяжелом и самом опасном квартале Ширлеона — Геоне.

Геон был назван в честь одного их мифических существ прошлого — бога смерти. И не просто так. Казалось, развитая цивилизация Ишира должна была уже давно вытеснить из своей среды такие вещи, как нищету, притоны и просто-напросто вонь, но, похоже, бог смерти Геон был по-прежнему жив и распрекрасно расположился даже в столице."

"Когда наш вместительный флайкар несся над пустующими улицами квартала, я, невольно наблюдая за Марком, улыбался. Сейчас на его лице горело такое неприкрытое любопытство, что я снова про себя назвал его деревенщиной.