Мой (не)выносимый сосед

Мягкий августовский вечер, пропитанный хвоей воздух, босые ноги только что утопали в песке маленького уютного пляжа, сверчки стрекочут, за спиной горят костры, люди смеются, музыка, прохлада от воды ласкает лицо, тело приятно разбито после катания и…Сашка напротив так смотрит, что его серые глаза чувственно мерцают даже в темноте.

– Нет, я тоже к ним не хочу, – качает он медленно головой, наблюдая за тем, как я облизываю испачканные мясным соком пальцы.

Протягивает мне пластиковый стаканчик с вином. Делаю глоток. Сладкое, крепкое, ароматное. В груди тут же растекается тепло. Саша смотрит, как я глотаю, и только потом отпивает из своего стаканчика, не отводя глаз. Он выглядит серьезным напряженным, совсем не таким, каким был весь день. Этот Сашка вдруг другой…Меня от этого коротит.

Уже поздний вечер. И мне наверно пора, и мы оба знаем это. Но вслух я говорю совсем о другом:

– Почему Алик называет тебя Бук?

– А…это с детства еще. Из – за фамилии, – Саша скупо улыбается, катая стаканчик с вином между ладоней.

– М, вы знакомы с детства?

– Он – сын моего тренера.

– А-а-а.

Разговор прерывается. Повисает пауза. Мы просто смотрим друг другу в глаза. В полумраке и после пары глотков вина это сделать легче… Его взгляд соскальзывает вниз и застывает на моих губах. Непроизвольно их облизываю, и Саша на автомате повторяет за мной. Сердечный ритм ускоряется, отдаваясь в ушах.

Это произойдет сейчас…Сейчас.

Это так очевидно и естественно, что я совсем не удивляюсь, когда Саша подается со своего лежака ко мне и касается губ губами. Этот день просто не мог завершиться иначе. И я ждала. И мне хорошо, хоть и сердце готово в горло выпрыгнуть. Его губы мягкие и теплые. Дыхание горьковатое, остро мужское, вкус слюны подслащен ж десертным вином. Он сначала легко целует, почти не давя, будто прислушиваясь к моей реакции, а потом уже настойчиво толкается мне в рот языком. И у меня воздух из легких вышибает. Он делает это слишком уверенно и просто. Без волнения, без трепета, без переживаний. Без лишних рефлексий крепко перехватывает ладонью мой затылок и хозяйничает языком у меня во рту. Так не целуют девушку на первом свидании, так целуют девушку, которую через пять минут трахнут…

И самое жуткое, что меня буквально размазывает от этого. Меня никогда никто так не целовал. Чувствую себя беспомощной резиновой куклой, которую готовят к использованию, но между ног так горячо. Я до этого не понимала слова ""брать"". Что-то жалобно мычу Сашке в рот, но даже мне самой в этом жалком звуке слышится не протест, а приглашение.

И он уже укладывает меня на лежак, продолжая жадно целовать и царапая щетиной мои щеки и подбородок. Упираюсь руками в мужскую грудь – в ладонь остервенело стучит Сашкино сердце.