Мой (не)выносимый сосед

Сашка довольно выдыхает, порывисто сгребает меня в охапку, и я оказываюсь на нем сверху, крепко обхватывая коленями мужские бедра. Одна его рука вжимается в мой затылок, не давая отклониться от стремительно углубляющего, развязного поцелуя, а вторая с талии перемещается ниже и комкает, задирая, юбку летнего платья. От ощущения, как его пальцы мнут, изучая, мои ягодицы, я вся начинаю гореть. Это слишком! Слишком быстро, слишком напористо…Меня коротит от неуверенности и желания его осадить с одной стороны и парализующего ощущения, что я хочу продолжить.

Да и что я скажу? Поаккуратней, ты у меня первый???

Я почти уверена, что на этом наш вечер тут же закончится.

Нет, не потому, что Сашка какой-то рыцарь, серьезно относящийся к девственности. А потому что он решит, что к ней серьезно отношусь я и буду считать, что это его к чему-то обязывает.

А я…

А я вот наверно несерьезно к ней отношусь, несмотря на все, что мне вбивали в голову двадцать лет до этого, потому что между ""признаться"" и ""промолчать"" я выбираю второе.

Поэтому нет ничего удивительного, что язык Сашки чувственно хозяйничает у меня во рту, порождая внизу живота тягучую требовательную тяжесть, а ладонь уже забирается в трусы и сминает попку.

Саша уверен, что я испытываю тоже, что и он. Отношусь к этому так же. Просто встретились два человека, понравились друг другу, провели отличный день, а теперь хотят переспать, потому что ""а почему бы и нет"". В каждом его жадном касании, движении, сердечном ритме я ощущаю этот посыл: "" Зачем загоняться? Нам же хорошо"".

Я и поддаюсь – я не загоняюсь.

Кто сказал, что я должна сначала дождаться каких-то серьезных обещаний, гарантий, определенного, решительно настроенного парня. Я хочу с ним, почти незнакомцем. Сейчас. И пусть за этим, кроме внезапно вспыхнувшей симпатии ничего не стоит. Зато она такая сильная, что я вся дрожу от его касаний.

Но все же, когда ощущаю, как Сашкины пальцы проходятся между ягодиц и достают до влажных складок, я в легкой панике застываю. Даже вздохнуть не могу. Пальцы путешествуют дальше, толкаются внутрь, грубоватые, слишком твердые, отчего внизу простреливает саднящим болезненным ощущением. Я шиплю Сашке у губы, и он прикусывает мой язык, поглаживает внизу, трогая.

– Тесная какая, – бормочет хрипло мне в рот.

Отстраняется, убирает руку. Взгляд у него совершенно пьяный. Такой, что и меня окончательно ведет.

– Пойдем, – встает прямо вместе со мной с лежака.

Пару секунд не отпускает, снова целует жадно, толкая язык в рот, и только потом ставит на песок и крепко берет за руку.

Бреду за ним к компании Алика, пошатываясь от эмоций. Взгляд упирается в широкую мужскую спину, обтянутую черной футболкой. Сердце бешено бьется о ребра. Не спрашиваю, куда мы идем, – итак знаю.