Мой (не)сносный сосед

Осторожно опускаю ее на пол, вытаскиваю из мудреной прически заколки и с явным удовольствием растрепываю русые с медным отливом пряди. Бездумно перебираю густые локоны и хочу на всю жизнь запомнить этот момент, потому что в нем прекрасно все: и причудливо играющие на Аленкином лице тени, и ее дрожащие пальцы у меня на груди, и мое норовящее выпрыгнуть сердце.

Мимо нас пробегают полуодетые барабанщицы, где-то рядом совсем не художественно выражается куратор художественно-графического факультета, и рыжая девчонка в кружевном белом платье настойчиво пытается что-то сообщить Кнопке. Но все это совершенно не важно. Сейчас имеет значение только хриплое приглушенное «спасибо», срывающееся с губ Васильевой.

– Кнопка, а покажешь мне пару движений?

Мой странный вопрос застает девушку врасплох, заставляя ее пару раз моргнуть, изумленно почесать кончик аккуратного носа и после короткой паузы уточнить.

– Ты хочешь научиться танцевать?

– Ну, должен же я что-то исполнить на могиле у Миши Мельникова! – судя по звонкому Аленкиному смеху, мои мотивы ей тоже не чужды, а лилии не произвели должного впечатления. И этот факт радует меня примерно так же, как снег на Новый год или незапланированная премия, перечисленная щедрым Волковым мне на карту. То есть весьма и весьма сильно.

И мы почти договариваемся с Васькой о том, что она даст мне несколько уроков румбы, когда галдящая пестрая толпа разделяет нас, подхватывает и заносит в гримерку, отнюдь не предназначенную для такого количества человек. Где-то за дверью продолжает идти концерт, а здесь, в заполненной ширмами, обручами, потушенными факелами и множеством разных костюмов, начиная от традиционного русского народного, заканчивая модной сейчас бачатой, царит другая атмосфера.

Пара парней в одинаковых вишневых рубашках с короткими рукавами и клетчатых штанах синхронно откупоривают бутылки шампанского и громко смеются, обливая брызнувшей пеной стоящих рядом с ними подруг. Невысокая худая девчонка в ярко-голубом парике и платье Мальвины первой успевает сориентироваться в этой вакханалии и подставляет большой пластиковый стакан, собирая в него янтарную жидкость с пузырьками. И, пока я глохну и слепну от этого бразильского карнавала, Кнопка зря времени не теряет. С грацией маленькой пантеры она ловко лавирует между жонглирующим чужими телефонами блондином-камикадзе и решившей исполнить стойку на голове брюнеткой в кислотном розовом комбинезоне.

– Пришел, увидел, забыл победить? – застав меня с широко открытым ртом, Аленка выныривает из вороха цыганских юбок, висящих на вешалке, и крепко прижимается к моему боку, глубоко выдыхая.