Мой порочный Новый Год

— Кто это?! Лёша… КТО ЭТО?! — верещит Леська.

Дверь приоткрывается, внутрь вваливаются Дрон, несколько постояльцев и довольная собой Машка. Аня крепко держит меня за руку.

— Я девушка Лёши, а ты кто? — фыркает малышка.

— Это я его девушка! — брызжет слюной Олеська.

— Бывшая, — вставляю важную ремарку.

— Как тебе не стыдно? — качает своей прекрасной головой помпончик, — унижаться, пытаться обмануть мужчину, который охладел к тебе… позорище…

Леська таращится на Аню. Та цокает языком.

— Шла бы себе дальше по жизни, но неееет… тебе нужно вернуть его. Хотя ты сама предала! И бросила! Что это, как не эгоизм и равнодушие? Лёша тебе не игрушка!

— Это не так…

— Разве? — выгибаю бровь.

— Ты изменила самому лучшему мужчине на свете! Лёша любящий, внимательный, добрый. Он потрясающий! — выпаливает Аня, — и, в отличие от тебя, я это ценю! Он мой! Так что уходи, пока я твои крашеные патлы не повырывала!

Ого! Мне пиздец как приятно это слышать. Леська поджимает губы.

— И ты любишь её? Ради этого недоразумения готов забыть всё то, что было между нами?! — визжит она.

— А что было? — хмыкаю, — постоянные скандалы? Твои претензии, что я много работаю? Нытье, манипуляции? Нет уж, Лесь, хватит с меня этого дерьма.

Прижимаю малышку Аню к себе так крепко, как могу. Чувствую стук её смелого и любящего сердечка. Люблю! Обожаю!

— И я никогда не променяю Аню даже на тысячу таких, как ты. Уезжай.

Внезапно осознаю, что наши пламенные речи слышали все «Петушки». Люди начинают хлопать, кто-то даже всплакнул. Офигеть! Дрон с одобрением глядит на меня.

Верно, я свой выбор сделал. В этот раз он правильный. Но пока я предаюсь счастливым мыслям, Аня вдруг оседает в моих руках.

АндрейРазвернувшееся передо мной зрелище в очередной раз доказывает, что Аня — боец. И мы действительно важны для неё. Приятно, чёрт возьми! (Два бандита для матери-одиночки o-EGw5I3) Даже несмотря на то, что она говорит приятности моему другу.

Я четко ощущаю, что её чувства для нас обоих. У Анечки огромное сердце.

И когда она падает в обморок, вся компания, наблюдающая за этой драмой, дружно ахает. Тут и Валерон, и его мать, и Лена с парнем, который даже оторвался от мобилы.

Бегу к Анютке. Лёха берет её на руки. Держит, словно самое большое и важное сокровище.

— Что с ней?! — подлетаю.

Малышка вся бледная. Губы сухие, ресницы подрагивают.

— Врача! — командую, и друг Лёши Олег хватает мобилу.

Мы кладём ее на мягкий диванчик, садимся рядом по обе стороны. Плевать, как это выглядит, мы оба её любим. А зашоренные товарищи в белых пальто пусть идут лесом. Но вопреки всему, люди смотрят без осуждения, а с сочувствием.

Леськи уже и след простыл. Жаль, я бы с ней побеседовал.