Мой сводный идеал

А потом заметила, что и волосы его стали слегка мокрыми и уложенными на пробор.

«Ох, ночной покоритель сердец!» ― глядя на него, улыбнулась я, пока он старательно вытаскивал осколок.

― Готово! ― подмигнул Тима, и приложил к пальцу диск, смоченный перекисью, а в другой диск ― убрал осколок.

― Из тебя вышел бы отличный хирург! ― восхитилась я.

― Ты тоже молодец, даже не пикнула, ― улыбнулся он, глядя на меня исподлобья и убирая пинцет в косметичку.

Я вспомнила, как станцевала на одной ноге, когда наступила на осколок, и как всем телом рухнула на его кровать и, упав лицом в подушку, рассмеялась.

― Ну вот, так-то лучше, ― встав с кровати, сказал он и выключил свет.

А затем вернулся в кровать и лег рядом со мной, накрыв нас одеялом.

― Ты сегодня спишь со мной, ― решительно заявил Тима, поворачиваясь ко мне лицом. ― Я буду отгонят от тебя кошмары, ― и в темноте мелькнула его игривая улыбка.

Я снова вспомнила про сон, о котором так здорово было забыть, и мое тело обнесло мурашками.

Картинка, как Тимур сидел на коленях с синим лицом и колготками, обмотанными вокруг шеи, теперь стояла перед глазами и пугала меня до дрожи.

― Ты ведь точно решил вопрос с Трояном? ― шепнула я.

―Точно, ― прошептал он.

― И он тебя понял?

― Понял. Не переживай.

― И он ничего тебе не сделает?

― Кому? Мне? ― усмехнулся Тима и снова понизил голос. ― Ну… если у него есть лишняя челюсть, то…

― Тимур, я серьезно!

― И я.

― Я просто очень волнуюсь за тебя… ― неожиданно сорвалось с моих губ.

Тимур пододвинулся ближе и коснулся ладонью моего лба, словно измеряя температуру тела.

― Не горячая… Значит, не бредишь, ― сказал он, словно с трудом веря моим словам.

― Правда волнуюсь… Очень-очень, ― шепнула я.

На несколько секунд в комнате воцарилась тишина. Было слышно только биение наших сердец и тиканье настенных часов.

А затем его рука нырнула под мои волосы, по моему лицу прокатилось его теплое  дыхание. Мое тело отозвалось мгновенно. Рука скользнула к его спине, я прижалась лбом к его лбу и наши губы оказались в миллиметре друг от друга.

― Я не знаю, правильно это или нет… ― прошептала я, но Тима не дал мне договорить.

Его мягкие губы поцеловали так трепетно и… отчаянно, словно он ждал этого поцелуя целую вечность. Он перебросил ногу через меня и оказался сверху.

Его пальцы сжали мои запястья, он переместил руки к изголовью кровати, поцеловал в губы, в подбородок, а затем медленно опустился к шее и покрыл ее поцелуями.

Страстными, опьяняющими, крышесносными поцелуями, которые мне даже и не снились.

Я смотрела вверх одурманенным взглядом и чувства нахлынули такие, что плакать хотелось от счастья. И благодарить вселенную за все, что сейчас начиналось между нами.

Его губы снова впились в мои, его язык ― жадный, смелый, непрерывно ласкал мой.