Если твой босс... монстр!

Как и то, что вообще работали в нашей организации. Согласитесь, это гуманно… за измену.

Суслякин резко посерел проблеял что-то невразумительное, но, тем не менее, откровенничать не торопился.

А ведь боится… смертельно боится тигрейшества, да и вообще, совесть явно нечиста — это видно по его поведению. Так на что он надеется? На охранные амулеты и заклинания? Наверняка, кабинет оборудован чем-то подобным — что должно защищать не обремененного магическим даром чиновника от чар и ментального воздействия «гостей» из Мидгарда. Но глава ДММТ не простой посетитель, против него это не сработает.

Тогда в чем причина бессмысленного сопротивления Алексея Петровича? Чего он опасается больше, чем гнева Марвелла? Или кого? А может, дело в том, что клерк не просто берет взятки, и все гораздо серьезнее? Если так… Значит, где-то здесь, рядом, очень близко есть улика. Весомая настолько, что уже не оправдаться.

Как только я это поняла, ведьминская сущность тут же оживилась, встрепенулась, горяча кровь, настойчиво требуя отпустить. Ей было важно найти, обнаружить, раскрыть, навести порядок.

— О… Проснулась-то, полетела, — заворчала Мура, впервые за долгое время давая о себе знать.

 — Ты, Евка, вместо того, чтобы глазки тигру строить, лучше силу свою направь. Эх… Всему тебя учить надо.

— Как направить? — озадачилась я.

— Слейся с ведьмой. Доверься. Пусть она станет твоими глазами, а ты — ее чутьем.

Слейся… Хорошо Муре говорить, делать-то мне приходится.

Глубоко вздохнула, прислушиваясь к себе, сосредотачиваясь… Ресницы сами опустились, но, как ни странно, я продолжала видеть все, что происходит — только немного иначе, размыто, что ли. Голоса стали чуть глуше и звучали теперь отдаленным эхом, а чувства, наоборот, обострились.

Теперь я ощущала, как шелестят за окном листья, хотя окно в кабинете было наглухо закрыто.

Под столешницей, в кармане пиджака Суслякина, на подоконнике и в шкафу с деловыми бумагами что-то поблескивало. Защитные амулеты… На человеке — самый сильный, на мебели — послабее. Но не они нас с «ведьмой» сейчас волновали. Мы искали нечто совсем иное. Запрещенное.

И нашли.

Это был сверток — подозрительно похожий на тот, что изъяли у гиен, сейчас я ясно видела его энергетическую силу.

Он бы ослепительно сиял, если бы не особая оберточная бумага, которая не пропускала магию — для того, чтобы скрыть товар от таможенников. Но даже несмотря на это, я все равно чувствовала потенциал содержимого, его мощь.

Лунная пыль…

Я моргнула, постепенно возвращая себе привычное зрение.

Неужели Суслякин как-то связан с гиенами? Помогал, и они за это отдавали ему часть товара? А сам чиновник? Скорее всего, он часть некой цепочки приближенных к магической кормушке, и тоже с кем-то делился.