Если твой босс... монстр!

По губам я по-прежнему читала отвратительно, но тут и дилетант бы сообразил, что нужные ответы найдутся в шкатулке, где лежала, таинственно сияя, найденная в трактире нить. Очень уж усердно эльф кивал в ее сторону.

— И что поведал наш словоохотливый гость? — все же уточила я у Муры."

"— Не видел он нападавшего, почувствовал лишь укол в шею. Это был кто-то сильный, но не слишком высокий. Вырваться ушастый не сумел, а потом и сам уже не захотел, — перевела книга. — Утверждает, что о лунной пыли ему известно мало, а вот его друг, который погиб незадолго до него, мог бы рассказать больше.

— И как зовут этого друга?

Некромант из меня, конечно, так себе, но, зная имя, можно обратиться за помощью к Марвеллу.

— Говорит, тот был гоблином. А звали его… Не то Зегль, не то Вугль…

— Зарвегль! — выпалила я, вспомнив библиотекаря, который посоветовал мне книгу Димари Эша. А ведь мне еще тогда показалось, что он не своей смертью умер.

Эльф последний раз кивнул и грустно улыбнулся.

— Все, Евка, отпускай его. Больше ничего не вытянем, а домашние призраки нам тут ни к чему, — шепнула Мура.

Тут наши мнения полностью совпадали.

— Как отпускать-то? Это же душа, а не воздушный шарик.

— Благодари и прощайся.

— И все? Гм… Спасибо, уважаемый, что смогли прийти. Вы нам очень помогли, — неуверенно произнесла я.

Эльф поклонился и… остался.

— Прощайся… Прощайся с ним… — поторопила Мура. — Живо!

— Так я вроде уже…

— Вроде, да не так.

— А как? Что говорить-то? — зашипела я.

Тоже мне, гуру нашлась. Толком ничего не объяснит, а командует.

— Так и говори. Мол, отпускаю светлую душу, как исполнившую свое предназначение. Прощай, спокойной тебе вечности.

Я повторила.

После «спокойной вечности» эльф рассыпался крошечными серебристыми искорками. Они гасли одна за другой, оставляя в душе тихую грусть. Впрочем, долго скорбеть книга мне не дала.

— На шкатулку смотри. Не время нам отвлекаться, пора и миру послужить, Евушка.

Речь у Муры получилась пафосно-эпическая, с патриотическим нотками. В другое время я бы рассмеялась, но сейчас меня больше всего интересовала синяя нитка. Крышка шкатулки должна была вот-вот открыться. Обрядовая магия уже вошла в каждую молекулу нити, но информацию мог дать лишь сам предмет — и, как всегда, «в свое время».

— Укол в шею… укол в шею… укол в шею… — как мантру повторяла я.

Эльф скончался от лунной пыли. Но пыль вдыхают, и от одного раза не погибают, чтобы умереть, принимать эту гадость придется довольно долго. Да, в Мидгарде встречался банальный яд, и разная опасная живность водилась. Порой жертве хватало одной капли, чтобы благополучно отбыть на тот свет. Но лунной пыли для смерти требовалось гораздо больше, а моего призрака отравили именно ею.