Моя невыносимая
— Если ты еще хоть на сантиметр опустишь свою ладонь, то я клянусь, что откушу тебе ее. — Смотрю в глаза этому нахалу, который бесстыже лыбится на все свои идеально выбеленные тридцать два. Подумать только, у него еще хватает наглости улыбаться.— Слушаюсь.Чувствую, как его мускулистая рука медленно ползет вверх по позвоночнику. Прохладный шелк блузки касается моей кожи.— Ты можешь вообще не шевелить руками? — Бью его ладонью по плечу, и парень замирает.— Я могу даже не дышать, ради вас, — ехидно произносит Эльдар над моим затылком. Господи, где их таких наглых только делают? Пропащее поколение.— Ну что ты. Я не нуждаюсь в таких жертвах с твоей стороны, — иронично отвечаю я и прячу руки обратно под его пиджак. Мои ноги начинают постепенно коченеть, а зубы — отбивать дробь. Надо что-то делать. Черт! Я не хочу замерзнуть здесь насмерть.
Поднимаюсь и разворачиваюсь к Амирову. Он довольно лыбится во все тридцать два.
— Подними. — Киваю в сторону плиты. Если это вызов, то я его принимаю.
— Что? — Брови Эльдара взлетают. Он каждым своим взглядом и жестом пытается показать мне, что я для него — ничто. Пыль под его дизайнерскими туфлями.
— Наклонись и подними. — Показываю на лопатку.
На мое удивление, он присаживается. Смотрит на меня снизу вверх. Это выглядело бы очень сексуально, если бы только не ненависть в его глазах. Засовывает руку между стеной и плитой и двумя пальцами поддевает спатулу. Затем поднимается и равняется со мной взглядом.
— Все? — Качает лопаткой перед моим лицом.
— Нет. Не все. — Я вырываю ее у него из руки и швыряю на столешницу. — Иди в холодную комнату и пересчитай там все мясные заготовки. — Я решаю отыграться на нем по полной.
— Для этого есть работники кухни, — недовольно отвечает он.
— А я хочу, чтобы это сделал именно ты. — Облизываю нижнюю губу и веду своим наманикюренным пальчиком по его груди.
— Но… — пытается возразить, но я не позволяю:
— Больше дела и меньше слов, мальчик! — Смахиваю невидимую пылинку с лацкана его клетчатого пиджака, надетого поверх молочного поло.
Проходит чуть больше часа, когда ко мне подходит Ольга.
— Валерия Андреевна, там это… — невнятно лепечет она. — Там обнаружилась большая недостача мраморной говядины, — чуть не плачет она. — Вас просят подойти и разобраться.
Черт! Этого только мне не хватало.
— Как? И много пропало? — Меня передергивает внутри.
— Примерно недельный запас. — Ее нижняя губа ходит ходуном, когда она озвучивает количество мяса. — Это теперь на нас повесят? Вы с нас высчитаете за него? — Из ее глаз начинают бежать слезы.
— Да не плачь ты. — У меня под рукой пустой стакан. Я наливаю в него воду и протягиваю ей. — Вот. Успокойся.
Она принимает его дрожащими руками.
— Для начала мы его поищем.
Подхожу к Пестику, беру его под руку и отвожу в сторону:
— Аркадий Викторович, кажется, у нас проблемы.
— Что случилось? — спрашивает мужчина, внешне смахивающий на колобка.
— У нас недостача. Большая. — Он ниже меня ростом, и поэтому мне приходится к нему наклониться.
— Не может быть, — отвечает он и поправляет на голове немного съехавший в сторону колпак."
"— Сама не верю, — говорю тихо, чтобы не сеять панику раньше времени. — Я сейчас сбегаю и сама все перепроверю. Возможно, что-то перепутали. А там уж будем разбираться. Так сказать, отталкиваться от обстоятельств.

















