Моя незнакомая жизнь

А Валька… Да какая разница? А в груди растет боль, гудит голова. Я не хочу никого видеть, закрываю глаза. Но все еще слышу.

– Переведем ее в другую школу.

– Это не поможет. – Надежда Гавриловна вздыхает. – Город маленький, слухи поползут.

– У меня сестра двоюродная в Верхнеднепровске директором школы работает.

– Если примет Аню, то выход наилучший. Осталось год доучиться.

– Примет, конечно. Только бы дочка выздоровела. Врачи говорят, что-то с сердцем у Анечки. Позавчера Ольга Терновая приходила, требовала забрать заявление. Я ее выгнала. Так она потом напилась и такое орала на весь двор… Все уже знают. Вроде бы и сочувствуют, но вы же знаете, как у нас…

– И теперь тоже скандалит?

– Нет, притихла, молча ходит. Наверное, в милиции ей вправили мозги. Иван же ее сыночка прямо на месте преступления поймал. Так вовремя сосед там оказался! Ведь мерзавец и убить Аню мог, с пьяного станется. Сейчас-то уж, как протрезвел да понял, что натворил, волком, говорят, воет в камере. Да только сделанного не воротишь.

– Главное, девочка жива. Игоря не нашли?

– Нет. Пропал – как в воду канул. Крови там, в квартире, было много. Не только Игоря. Дочка еще не знает, очнется, будет ждать его… И как сказать ей? Они же… все время вместе были.

– Я знаю. Такие юные, а так зрело любили друг друга. Но Аня сильная, со временем скажем. Фамилию и имя ей нужно сменить, чтобы в новую школу пришла с новыми документами.

– Сделаем. Мы все сделаем для нее, лишь бы здоровье поправилось…

Но Анна умерла в тот день. И видит бог, так было лучше для нее.

Глава 21

Мы с Панковым, оба сердито надувшись, поднимаемся ко мне в квартиру. Интересно, он так и собирается жить у меня? Не то чтоб я сильно возражала, но мне просто интересно, где он вообще живет, когда не живет у меня. Хотя интересно не настолько, чтобы сейчас об этом спросить.

Квартира дышит знакомым запахом уюта. Бог ты мой, как же я рада быть дома!

– Чур, я первая в ванную!

Пусть посидит и остынет. Да и нечего нам маячить друг у друга перед глазами. А играть со мной в молчанку – дело бесперспективное, учитывая мой брак с Лукашем.

Моя кровать широкая для одного человека, и когда Вадик дома, мы с сыном каждый вечер тусим здесь – читаем книги, разговариваем, смеемся, смотрим мульты в Интернете, и никто не влетает к нам с перекошенной от ненависти рожей и с яростным истеричным визгом, мол, как вы меня достали своим идиотизмом. Но чаще, пока Лукаш жил с нами, в квартире стояла напряженная тишина. Фу-ты, вспоминать такое на ночь глядя… И все из-за Игоря, потому что тот вдруг решил поиграть со мной в молчанку."

"Теперь он плещется под душем. Слава богам, следит за собой, не то что Лукаш, которого в ванную надо было силком загонять. Так, все, вечер воспоминаний объявляю закрытым, дальше – танцы.