Моя пушистая проблема

Интересно, возможно, меня впечатлила приветственная фраза?

— Ты собственность господина Вайре и принадлежишь его клану! Я заведую всеми хозяйственными делами господина, поэтому пока подчиняться будешь непосредственно мне, человек. Посмотрим, на что ты сгодишься, но едва ли я доверю тебе что-то большее, чем уборка. Или, — темно-карие, колючие глаза женщины как-то уж слишком неприятно блеснули, — ещё что-нибудь придумаем. А пока следуй за мной.

Жнец исчез, но рабская отметина-то вполне при мне, на спине, уж я чувствую. Нет, никакой боли она не доставляла, но вот здоровую злость пробуждала. Ох, и доберусь я до тебя, Жоржик… Костей не соберешь. А грязной работой меня давно не напугаешь.

— Как скажете, госпожа Рагор, — послушно киваю, глаза в пол.

Ядовитая перечница в строгом темном платье с глухим воротом кивает и направляется вперед. Вглубь огромного древнего строения, совмещающего в себе дыхание колдовства и все блага современной цивилизации.

Навстречу нам попадаются волки — а кого я ещё ожидала здесь увидеть? И от чужих взглядов становится откровенно неуютно. Тем более что я-то знаю — под плащом ничего нет. Похоже, подозревают и они. Вон как принюхиваются.

Бррр. От этого чисто звериного жеста, от огоньков в чужих глазах — яростных, звериных, мне снова делается не по себе.

Мы спускаемся ниже, проходим по винтовой лестнице — аж голова кружится — и оказываемся в явно служебном коридоре. Меньше пафоса, больше привычной офисной обстановки.

Здесь уже снуют и другие расы, чаще всего — в униформе. Мы проходим дальше, ещё дальше, спускаемся, кажется, на этаж ниже, и… Это что, чуланы? Маленькие захламленные комнатки, в одну из которых меня и пихают.

— Вот, будешь жить здесь, человек.

А потом сильная не по-женски ладонь резко дергает за плащ, срывая его, и… Ну, в общем, стою я виде ню-натурщицы, такая красивая, разве что без ленточки. Стесняюсь спросить, все ли у дамы в порядке с ориентацией. Больно смотрит хищно.

Цокает, как будто лошадь выбирает.

— Неплохо. Если кто внимание обратит — отказываться не советую, будут проблемы, — обещает медовым голосом.

Вот тебе, бабушка, и “нет” рабовладельческому строю!

— Конечно, госпожа, как можно, — отвечаю не менее медово.

Отбрасываю ногой плащ. Так-то вообще прохладно стоять.

Посмотрим, у кого будут проблемы. В голове уже проносится миллион идей, но ни в коем случае нельзя, чтобы выдра о них пронюхала. Нет-нет, я же милая и послушная девочка, как иначе?

— Госпожа, можно мне одеться, боюсь, я могу сильно заболеть, я же всего лишь человек?

Космос раздери, на дворе эра космических полетов, а я тут пресмыкаюсь, как будто у нас средневековье. Почему я не революционер? Потому что сложно им быть на голодный желудок.