Молодость на продажу

Повезло! Упомянутые ручонки сразу ухватили импровизированные игрушки, рты озадаченно прикрылись, стало сравнительно тихо. Потому как остаточные всхлипы ещё прорывались из крикунов наружу.

Второй вздох облегчения, и я бросился приводить в чувство Леонида. Приложил к этому все свои умения и наличествующие силы. Но вот в этом, казалось бы, простом деле, меня ждал полный облом. Как я ни старался, что ни делал, мой лучший друг всё так же оставался без сознания. Или в коме?.. Но хоть дышал нормально и в организме чего-то страшного не наблюдалось. А уж когда я себе на минутку представил, что и он мог трансформироваться в двухлетнего или в трёхлетнего карапуза, меня чуть не стошнило от сопереживания.

Ведь одно дело, когда дичайшим образом трансформируются наши враги, заведомо плохие и никчемные люди. А другое – когда подобное могло бы случиться с Лёней или со мной.

После некоторых размышлений и личного осмотра, пришло понимание, что нас спасли не только имеющиеся симбионты, умения Трёхщитных или созданные вокруг нас коконы силовой защиты. Ещё и помогли, пусть и в последний раз, пояса с «ничейными» груанами.

Удивительные ракушки со Дна, превратились в пыль, отдав нашим телам всю свою целительскую энергию. Уже в который раз подобные живые артефакты спасают нас от крупных неприятностей.

Что у меня, что у Найдёнова, от пары комплектов ничего не осталось. Пояса – на выкидку. Как бы… Потому что мир чужой, неизведанный, и здесь может пригодиться буквально каждая мелочь."

"Задумавшись, рассматривая пояса, я вздрогнул всем телом, когда вновь раздался детский плач:

«Нервы ни к чёрту! – укорил сам себя, вскакивая на ноги и бросаясь к малышне.

– Лечиться надо!.. И от детей избавиться как можно скорей!»

Эти голые карапузы освоились довольно быстро со своими игрушками. Затем осмотрелись по сторонам и стали «знакомиться». Естественно, что подобное знакомство подразумевает контакт, совместную игру или обмен теми же игрушками. Или не обмен, а тривиальное присвоение игрушки более слабого соседа. Вот и началось первое противостояние: игрушку рыжий пацанёнок не стал отдавать чёрнявому, а о всего маху огрел того по голове своей, как бы, собственностью. А тот, падая, сбил с ног сразу парочку своих «коллег».

Те – навалились на пятого.

Ор. И моя полная растерянность.

Кое-как рассадил ребятишек подальше друг от друга. Сравнительно их успокоил каким-то подобием колыбельной песенки. Да так и замер с открытым ртом. Потому что сообразил, глядя, как малыши довольно интенсивно пытались грызть врученные им игрушки. Ещё и глазами за мной следили так, словно требовали:

«Эй! Ты! А кормить нас, когда будешь?»

Впору было опять хвататься за голову:

«Не только кормить! И поить… И одеть… и спать уложить.