Монастырь (СИ)

Садись лучше, – он кивнул на лавку.

– Не нужно...

Микаэль мотнул головой, опять скривился и медленно пересел на лавку.

– Это само пройдет скоро... И мятой мне не помочь, к сожалению. А вот ответы я бы послушал....

– Я уже сказал, я отвечаю за безопасность инквизиторов здесь, – Ксавье присел рядом и зарылся пальцами в волосы травника. – Ты позволишь? Может, станет чуть-чуть полегче, по крайней мере пока мы говорим, – он начал тихонько массировать Микаэлю кожу головы, – И сначала большей опасности подвергался Паоло, и я находился с ним почти неразлучно. И однажды утром мне лишь с большим трудом удалось его разбудить.

Естественно подозрение пало на тебя. На тебя вообще было много улик. Зелье, найденное в лекарне, твои постоянные исчезновения. Тогда тебя тоже не смогли найти. Однако инквизитор, как только пришел в себя, велел остановить поиски. Он сообщил, что лично тебя проверил и подписал документы, что ты чист. А то, что он не мог с утра проснуться, он объяснил тем, что ночью он не смог уснуть и выпил монастырского вина, которое прислал ему падре Себастьян. Я не знаю, где здесь правда и что ты с ним сделал, но то, что он. .. относится к тебе по-особому, очевидно. И каковы бы ни были мои планы... мне пришлось смириться... с падре Паоло ссориться не рекомендуется, его власть растет день ото дня... А сейчас ты оказываешь мне большую услугу, спасая Ксанте, и я вынужден признать, что был не прав относительно тебя.

Ксавье, конечно, не сказал всей правды – слишком нелицеприятна она была и, узнай, что за подлость когда-то он против него замышлял, Микаэль не стал бы ему доверять... да что там – часа бы лишнего рядом не провел..

Микаэль не отстранился, позволяя “гвардейцу” осторожно переберать прядки неровно срезанных волос, когда-то, на скорую руку перетянытых куском веревки – а теперь и вовсе растрепанных.

Под такие касания боль и вправду отступала... Думалось хорошо. Собеседнику травник и не верил, и не доверял. В письме от брата было много чего интересного... И это интересное не особо монаха радовало, так как весьма сильно влияло на его тихую и скромную монашескую жизнь. Втягиваться в большие политические игры за земли и власть хотелось меньше всего. А ведь втянулся – да еще и как... Опять вот.. . Себастьян сказал, что на него напал Легрэ... С чего бы это? Ведь когда они расстались с ним в лагере, брат Кристиан был совсем не против королю горло перерезать... А не спасать его! Мальчишка еще этот... Непонятный и чудный. Волею Божею брошенный в самый центр игр как политических, так и душевных... Травник устал и совсем терялся... Надо бы выспаться... Когда он последний раз то в постеле спал?

“Нет! Вот как раз про это думать не надо!” – Микаэль даже вздрогнул... Но, не остранился, а лишь сильнее наклонил голову...