Морской Волк #07-09 - Врата Победы

Не любовь это, а черт знает что! Не нужен мне никто, кроме моего Адмирала – и даже этот, если ухаживать начнет, неприятностей получит, несмотря на имя! Но всё ж интересно, что ему от меня надо? Когда-нибудь своим детям расскажу, как беседовала с самим…

– Миссис Лазарева?

Значит, знает. И кто же ему на меня указал?

– Простите за беспокойство, в этом городе я проездом, в Ленинград. И один мой друг в Лондоне советовал мне обратиться к вам, отрекомендовав вас как «самую влиятельную особу, которая может там решить любую проблему, или напротив, вам проблему создать». Могу ли я просить вас о небольшом интервью, если, конечно, вы располагаете временем?

Так спрашивайте, мистер.

– Что вы хотите узнать?

Только боюсь, что вы обратились не по адресу. Если вы ищете на свою голову приключений как в осажденном Мадриде, то вам для начала следует поспешить в Ленинград, там вам расскажут очень много такого, что ваши добропорядочные читатели поседеют. Затем вам следует проехать по освобожденной советской территории, взглянуть и послушать, что творили там фашисты. И в завершение, может быть, вам не откажут и в поездке на фронт – увидите, чем эта война отличается от той, вам знакомой.

Ну а тут глубокий тыл, где не падают бомбы, не рвутся снаряды, здесь не происходит ничего интересного для вас.

– Мне интересны не события сами по себе, а люди. Сюжет лишь раскрывает психологию персонажей. Мне казалось, что я хорошо узнал русских – по Испании. Теперь я вижу, что это не так.

– Отель «Гавана»?

– Нет, это место называлось «Флорида». Ваши называли меня товарищ Эрнесто. Не «дон», как было написано в каком-то журнале, для республиканцев это было бы, наверное, так же, как для вас «благородие».

Кроме Мадрида, была еще Барселона – чтобы написать, надо было видеть своими глазами.

– А герою вы, конечно же, дали некоторые свои черты? Американского профессора, ставшего партизаном-подрывником. Три последних дня его жизни.

– Не знал, что эта вещь издавалась на русском.

– Я прочла на английском. Попала случайно в руки.

– И как вам?"

"– С правдой написано, – отвечаю, – всё как у нас в сорок первом, когда партизаны только начинались: и анархия, и умения мало. Вот только у вас и на той стороне тоже люди, со своей правдой. А у нас фашисты – вроде чумных крыс, которых и давить надо, без всяких сомнений.

И еще, у вас в книге бессмысленно всё – зачем мост взрывали, зачем разведку вели. Только трупы с обеих сторон единственным результатом – и общая идея: «Какое ужасное дело война!»

– Я прежде всего о людях писал. Как человеком остаться. И смысл найти, ради чего жить.

– Общую цель лишь бог знает, если он есть, – говорю я, – а смысл здесь и сейчас, чтобы Победа. Как в песне, что вы слышать у нас могли: «Одна на всех, мы за ценой не постоим».