Морской Волк #07-09 - Врата Победы

Шесть таких импровизированных фортов прикрывают почти стокилометровый участок берега, дальше к западу начинается уже зона ответственности морской крепости Тулон. На маяке у входа в порт Ниццы – гарнизон из немецких моряков, а не солдат, но их там мало, десятка два. И еще по приморской дороге ездят мобильные патрули из единственного моторизованного немецкого батальона. Танков и бронеавтомобилей нет, обычные гражданские машины с солдатами в кузовах. Я искренне рассказывал все, что знал – у меня не было никаких причин любить немцев.

– Благодарю! – сказал русский.

 – А теперь лучше спуститесь в подвал, мсье Кусто, со всеми. Сейчас тут будет очень жарко. А вам еще фильм про какое-нибудь «подводное путешествие» снимать. И не возражаете, если мы временно воспользуемся вашим транспортом – прокатиться до комендатуры?"

"В подвале было тихо и полутемно, лампочка едва горела. Прошло полчаса или час, и вдруг раздался страшный грохот. С моря стреляли линкоры и крейсера, судя по калибру, тяжелые снаряды рвались, как казалось, совсем недалеко, дом трясся, как при землетрясении, осыпалась штукатурка.

– Стекол не останется, – сказала Симона, едва успокоив напуганных детей, – эти русские могли бы и предупредить, я бы срочно оклеила бумагой!

Обстрел прекратился. Но стали слышны пулеметные очереди в той стороне, где был немецкий опорный пункт и комендатура. И шум с берега, похожий на прибой. Я решился все же выглянуть наружу, дверь не была заперта, и часовой отсутствовал – значит, русские все же не считали нас пленниками?

Пляж и причалы были заняты множеством плавсредств самого разного вида, от яхт и рыбачьих лодок до буксиров и самоходных барж, и с них горохом прыгали на берег солдаты.

При кажущемся хаосе, в итоге был железный порядок, толпа мгновенно превращалась в взводы, роты, имеющие свои задачи, с пляжа исчезали бегом, таща минометы, пулеметы, ящики с боеприпасами, какие-то части бежали по дороге, влево или вправо, или за дома. Вдали снова вспыхнула стрельба, быстро завершившаяся, очевидно это были последние минуты немецкого патруля, что десяток немцев мог противопоставить такой силе? В той стороне, где комендатура, что-то сильно горело, и я мысленно поблагодарил себя, что не снял виллу там. Тогда я просто желал реже видеть немцев, сейчас же представлял, какой ад там творится, ведь несколько бортовых залпов линкора должны были снести не только немецкие укрепления, но и несколько кварталов вокруг.

– Идите спать, мсье Кусто, – сказал мне уже другой русский на столь же ломаном итальянском языке, – если немцы прорвутся, мы вас разбудим и вывезем в безопасное место. Конечно же, с вашей семьей и командой.

Утром я обнаружил вокруг оживление.