Может быть, он?

И выведать все твои страшные тайны, — сладко потянулась она.

Его палец скользнул вокруг её пупка, обогнул маленький шрам от аппендицита, двинулся в другую сторону — к татушке. Крошечная феечка на крошечном цветке тоже хитро улыбалась — озорная, славная, дерзкая. Совсем нецеломудренная.

— Какая славная малышка, — погладил он большим пальцем рисунок, положив руку Крис на живот. Гладко выбритый лобок уже слегка кололся, и она вздрогнула, застонала и выгнулась, когда его пальцы скользнули ниже.

— Не останавливайся, — потёрлась она попкой о его неукротимое желание.

И разговоры сами собой иссякли…

Их, наверное, потеряли.

И это было, мягко говоря, нехорошо — устроить бесстыжую оргию на мамином дне рождения. Но эта горячая девчонка отдавалась как в последний раз, а он брал её, словно они прощались.

Их связь высекала такие искры, что они рисковали сгореть дотла прямо здесь и сейчас.

Но лишь для того, чтобы заново встретиться в следующей жизни.

Чтобы встречаться в каждой следующей жизни, потому что зачем ему теперь любая, самая замечательная жизнь, если её там не будет.

— Пора. Надо идти, — выдохнул Мир, с трудом отрываясь от её губ. — Я выйду первым, — потянулся он за брюками.

— Нет, давай я. Ты мокрый, — провела она ладонью по его лбу, вытерла руку о простыню и подняла с пола платье. — У тебя минут десять.

— О, так я даже успею выспаться, — улыбнулся Мир.

— Угу, — поцеловала она его улыбку и достала из сумочки трусики.

Он укоризненно покачал головой. Она невинно пожала плечами.

— Долгожданная моя, — подтянул он её к себе, скользнул пальцем по упругому соску под тканью, — ты же понимаешь, что бы ты ни сказала, я тебя всё равно не отпущу. И не отдам. Ни за что. Никому. Особенно твоему Ротману.

— Конечно, отдашь. Ты же хороший мальчик. И будешь думать прежде всего о моём счастье.

— Я плохой мальчик. И буду думать о своём.

— М-м-м… Позовёшь меня замуж? — стоя на коленях, она убрала чёлку с его лба и заглянула в глаза.

— Считай, уже позвал.

Она засмеялась.

— А сколько у нас будет детей?

— Сколько будет — все наши.

— Звучит заманчиво, но, к сожалению, я уже дала обещание другому парню.

— Ты шутишь?

— Нет. Я обещала выйти замуж за Ротмана, если он встанет на ноги.

— И, если он встанет?..

— Упаси его бог не встать.

— Не понимаю, — покачал головой Мир.

Она вздохнула.

— Ты славный, Миро̀. Нет, ты самый лучший. Но всё сложно, — провела она пальцем по его щеке. — Ты знаешь, что женщина никогда не забудет мужчину, с которым ей было хорошо?

— Да, это сказал один, видимо, обоим нам известный сыщик в одной популярной книжке, что лежит у меня на окне. Но, кажется, он говорил, что женщина всегда возвращается к мужчине, с которым у неё был незабываемый секс.

— Не будем цепляться к терминологии. Мы же оба поняли, что это значит.