Ни слова, господин министр! (СИ)

Говард, действительно, считал близость между мужчиной и женщиной постыдной необходимостью, проявлением животного начала. Причем мужского. Он жалел меня за то, что пришлось узнать его и с такой стороны.

— При чем здесь это, — всхлипнула я. — Я просто плачу. Ты со мной, ты живой. Чего мне еще желать. Посмотри, все вокруг завалил цветами. Ты нормально себя чувствуешь?"

"Я имела в виду, не ощущал ли он дискомфорт из-за такого впечатляющего выброса темной материи. Однако, возможно, это море цветов, доходившее почти до уровня кровати, мешало ему передвигаться по комнате. А вдруг у этих небольших обсидиановых бутонов шипы, как у настоящих роз?

Подняла одну, поднесла чуть ближе к лицу — цветок сразу же развеялся в пепельное, а затем и в полностью прозрачное облачко.

И таких здесь сотни, если не тысячи.

— Великолепно, Нахаленка, — он обвел рукой спальню. — Это выражение признательности. Тебя успокаивала роза в единственном экземпляре, а так, согласись, ведь тоже красиво.

Я и не думала с ним спорить. И вместо ответа прижалась щекой к его плечу. Единственное, что волновало, это как бы не вернулись наведенные воспоминания.

За столько лет я привыкла, что зараза, которую Стефан запустил мне в голову, реагировала на сильные переживания — чаще всего связанные с Его Высочеством.

Обязательно узнаю правду. Спросить у Родерика, подобрал ли он менталиста по своим каналам, я до сих пор не решилась. Очевидно же, он занят куда более важными делами. Я тоже знала парочку магов, поднаторевших в этой области.

Но здесь еще возникал вопрос тайны государственного значения. Ведь речь шла ни много ни мало о том, кто из двух братьев стал отцом мальчика с темной искрой. Менталисту скорее всего придется принять на себя обязательства о неразглашении.

Родерик вряд ли будет настаивать на печати, однако хорошие маги вообще избегали приносить клятвы.

Вот только в шанс, что Дейв окажется сыном Родерика, я почти не верила. Разве могла такая близость, какая только что случилась, быть полностью стертой из памяти?

— Почему напряглась? Считаешь, сколько дней осталось до пари и выиграли ли мы его?

Князь беззаботно хмыкнул, поглаживая мой нос кончиками пальцев. Однако тема его не веселила.

— Не одобряю, что ты не желаешь назвать себя победителем.

Любое преимущество в нашем случае не повредит. Какой урон может быть нанесен моей репутации после того, как ты посвятил мне танец и на следующий же день женился? Это смешно.

Теперь Конрад улыбался во весь рот. И накручивал на палец локоны, обрамлявшие мой лоб.

— Железная логика, Лив. Только я знаю наперед, как поступит Стефан. Он отзовет пари, признав условия обернувшимися в мою пользу, а, значит, неспортивными. Однако мне приятно, что ты готова во всеуслышание заявить, что мы любовники.

Я прыснула.