Мститель

Генерал воскликнул:

– Да куда там Ларинов пропал?

Крымов сказал:

– Прапорщик говорил, что вы сами отпустили его домой по случаю дня рождения.

– А, черт! Точно! С этой работой скоро память совсем отшибет.

Тимохин поднялся:

– Я приготовлю кофе! Заодно перекурю!

– Давай, пять минут перерыв!

Офицеры вышли в приемную. Закурили.

Тимохин занялся приготовлением кофе. Крымов спросил Дементьева:

– Ну, как тебе предстоящее здание?

– Хреново!

– Что так? Опасаешься, что не сможешь как надо отыграть роль?

– Нет, отыграть роль отыграю. Но чего мне это будет стоить?

– Понятно! Кабан же твой кровник?!

– Вот именно! Вместо того, чтобы завалить этого козла, я должен опять вести с ним переговоры. Вербовать.

– Ничего, Андрюх, придет время, отомстишь за своих ребят.

– Ага! Отомщу! Если Кабан начнет сотрудничать с вами...

Тимохин от плиты поправил Дементьева:

– С нами, капитан, теперь с нами. Он такой же наш, как и твой.

– Ну с нами. Если он поможет Управлению, то и Управление должно будет выполнить свои обязательства. Мне же их и озвучивать этой суке. При подобном раскладе Кабан станет для меня недоступен. И получится, что я, имея возможность уже дважды наверняка завалить его, слова не держу. Во имя высших интересов национальной безопасности страны. Вот только ребятам, погибшим у Кентума, плевать на эти интересы. Несмотря на то, что они за них жизнь отдали.

Крымов отвел Дементьева к окну:

– Послушай старого спецназовца, Андрюш. Я не просто так сказал, что у тебя будет еще возможность отомстить. По опыту знаю, да и Тимохин подтвердит, главари банд и рядовые боевики, которые вынуждены соглашаться сотрудничать со спецслужбой, как правило, задачи свои отрабатывают. Усердно отрабатывают, хотя знают, что их в любом случае ждет тюрьма. А двадцать или пятнадцать лет – без разницы. Почему они усердствуют? Ради нескольких лет скощухи? Нет, Андрюша! Не поэтому. А потому, что надеются на завершающем этапе по-тихому или по-громкому скрыться. Уйти от возмездия. И работая на нас, они тщательно готовят этот отход. Тем более времени для этого у подонков предостаточно. Уверен, если мы заставим Кабана работать на нас, то в конце концов и он попытается слинять. И вот тогда все наши обязательства теряют свою силу. Просекаешь, к чему я подвожу?

Дементьев, прекрасно понявший Крымова, улыбнулся:

– Просекаю, полковник!

– Вот и ладненько!

Тимохин, разливая кофе по чашкам, спросил:

– А не кажется ли вам, мужики, что вы рановато начали делить шкуру медведя, которого не только еще не убили, но даже не нашли?

Крымов ответил:

– Кабан не медведь, и шкура его никому не нужна. Неси кофе в кабинет. Там станет ясно, рано мы обсуждаем судьбу Кабадзе или поздно.

– Следующий раз поднос понесешь ты, Крым!

– Разговорчики, полковник.