Мультяшка

Или для карнавального костюма какой-нибудь конфеты, розового зефира, нимфетки, если карнавал для взрослых.

Мира была в чём-то гипюровом, воздушном и сочно-розовом, с пышной, короткой юбкой, в коротких чулках, едва прикрывающих коленки, с рядами стразов, и в туфлях на высоком каблуке, смотрящимися нарочито нелепо с таким нарядом, как мамины туфли на трёхлетней девочке. Дополняли образ яркие губы, и умело подкрашенные глаза.

Мира обошла стол под молчаливыми взглядами присутствующих, прокрутившись вокруг своей оси перед дедом, и села рядом с ним, напротив Максима, выразительно хлопая глазами с накладными ресницами.

- Что ты хотела сказать своим внешним видом, дорогая? - прошелестела Целестина.

- Я хотела понравиться своему жениху, - пропела девушка и посмотрела в упор на Максима, облизнув вызывающе губы, скромно сложив руки на коленях.

- Не стоило затруднений, - ответил Максим. - Признаю, я польщён.

- Разве я не прелесть? - Мира почти легла на приборы, из низкого выреза показалась грудь, мелькнула светлая ареола.

- Несомненно, - подтвердил Максим, изучив, как следует, очертания рук - на сгибе локтя было скопление мелких родинок, - ключицы, тонкую шею, маленькие ушки, содержимое выреза... особенно содержимое.

Грудь не была большой, но упругой, аппетитной, округлой формы, и даже манящей. Бонус во всей этой ситуации - внешняя привлекательность будущей супруги.

На какой-то момент он забылся, организм ожидаемо среагировал на провокацию, из морока Макса выдернул кашель Целестины и невозмутимый взгляд Мирославы. Она, кажется, наслаждалась эффектом.

- Для чего этот маскарад? - наконец подал голос Сильвестр, смотря таким же невозмутимым взглядом на внучку."

"Они не так уж не похожи, как кажется на первый взгляд. Дед и внучка. Родство не столько видно, сколько ощущается одна кровь, одна кость, и это не вымыть поколениям и посторонним генам.

- Должен же мой жених видеть, какая замечательная сахарная обёртка ему достанется на том куске говна, который ты ему подсовываешь в моём лице, дедушка, - пропела Мирослава, её яркие губы растянулись в наигранной улыбке. Ресницы быстро взлетали и опускались, как опахала.

- Для этого не обязательно наряжаться малолетней проституткой, - спокойно заметил дед и продолжил трапезу.

- Это костюм мультяшки! Прелестной мультяшки, как кусок сахарной ваты, как ей и полагается.

Мультяшка!

Макс оглядел ещё раз Мирославу. Отличный образ. Лисьи же глаза, подчёркнутые макияжем, добавляли в образ искусственности. Действительно, сахарная обёртка для куска говна. Говна, куда он умудрился наступить, и ему придётся наступать и наступать, при этом не морщиться от вони и попытаться не растянуться во весь рост, упав лицом в эти испражнения.