Мультяшка

Мультяшка!

Максим Аркадьевич засмеялся в голос, не давая себе труда сдержаться. Идиотская ситуация, идиотская акция протеста альтернативно одарённой невесты, да и сам он недалеко ушёл. Нервы начали сдавать...

- Что ж, тебе удалось рассмешить будущего мужа, Мира, - проговорила Целестина. - Это хороший знак.

Она улыбнулась и сухо посмотрела на Макса, тот собрался и вернул такую же сдержанную улыбку, предварительно извинившись за свою реакцию.

Сильвестр встал, сказав, что устал и нуждается в отдыхе, назначив встречу с Максимом и юристами на восемь утра, бросив цепкий взгляд на внучку, будто говорящий: «Я слежу за тобой», и вышел из столовой, пожелав всем приятного вечера. Целестина последовала за хозяином, коротко посоветовав Мире привести себя в божеский вид. Максим заметил, в свою очередь, что вид прелестный, и Мультяшка, если ей угодно, может так наряжаться хоть каждый день. Если уровень её интеллекта позволяет это делать, он не возражает.

И тоже встал, направившись к входной двери.

За столом осталась только Мира. И уже в дверях Максим обернулся на проход, ведущий в столовую. Там, за огромным пустым столом, сидела девочка в нелепом наряде, и верно ему померещилось, что в глазах у неё стояли слёзы.

Глупая выходка глупой девчонки не могла задеть и тем более смутить Максима Аркадьевича. Девица не видит берегов и границ. Избалованная, неадекватная, скорей всего, с низким интеллектом и таким же кругозором.

Мультяшка. Какой верный образ она выбрала для знакомства.

Пальто подал охранник, он же проводил до порога гостевого дома, молчаливо и безучастно, впрочем, в дом, где проживал Максим, он заходить не стал, открыл дверь и тихо закрыл её, как за заключённым. Максим Аркадьевич посмотрел в окно, охранник двинулся в сторону «большого дома», значит, круглосуточной охраны он не удостоен. Всё в рамках привычного на территории поместья Сильвестра Прохоровича. И то хорошо.

Быстро раздевшись, надев, наконец, мягкие льняные брюки и футболку, Максим получил возможность побыть с собой наедине, обдумать своё положение, принять какие-то решения. Наконец, банально, поработать.

Или... он вспомнил наряд Миры на грани вульгарности и глупости, невольно облизнулся. Никогда нимфетки не были фетишем Максима, Лолиты всех мастей вызывали неприятие, а то и отвращение, но эта Мультяшка с нагловатым взглядом лисьих глаз взволновала его. Во вполне определённом смысле. Он бы с удовольствие задрал зефирно-розовую юбку, запутав руки в складках, отодвинул в сторону такие же розовые трусики, с оборками на ягодицах, они мелькнули, когда Мира демонстративно покрутилась перед носом деда, и вошёл, чтобы ни на секунду не останавливаясь, начать вколачиваться в мягкость и влажность стройного тела.