Муссон

Но вдруг возможность возникла, до того просто и неожиданно, что впору было испугаться такого сверхъестественного везения. Том сидел с другими моряками своей вахты на палубе под баком, наслаждаясь редкими минутами отдыха, когда отец, оторвавшись от компаса на нактоузе, поманил его. Том встал и подбежал к отцу.

— Будь умницей, сбегай в мою каюту, — сказал ему Хэл. — Загляни в верхний ящик стола. Там увидишь мой блокнот. Принеси его мне.

— Есть, сэр.

На мгновение у Тома даже закружилась голова, потом он побежал к трапу.

— Том, не спеши. — Голос отца заставил его остановиться, сердце екнуло.

Слишком легко все получается. — Если блокнота нет в верхнем ящике, он может быть в других.

— Да, отец.

И Том побежал дальше.

Черный блокнот лежал в верхнем ящике, именно там, где сказал отец. Том живо попробовал другие ящики, опасаясь, что они закрыты, но все они открывались, и он быстро просматривал их содержимое.

Дубликат ключей лежал под морским альманахом и навигационными таблицами. Том осторожно взял их и сразу узнал ключ от порохового погреба. Прежде чем решиться, он посмотрел на закрытую дверь каюты и прислушался, не слышно ли шагов.

Потом расцепил кольцо, снял с него ключ, сунул в карман, закрыл кольцо, вернул связку в ящик и прикрыл альманахом.

Когда он возвращался на палубу, ключ в кармане казался тяжелым, как ядро. Надо найти для него тайник. Вероятно, отец не обнаружит утрату, если первый ключ не будет потерян или сломан. Конечно, это очень маловероятно, но носить ключ с собой опасно.

Ночью он, как обычно, проснулся, когда отбили склянки: полночь, середина вахты.

Том выждал еще час, потом встал.

Рядом сел Гай.

— Куда ты? — шепотом спросил он.

У Тома упало сердце.

— На нос, — тоже шепотом ответил он. — Спи.

В будущем нужно изменить порядок сна. Гай снова лег на свой соломенный тюфяк, а Том пошел в сторону носа, но как только оказался вне поля зрения Гая, повернул обратно и быстро скользнул по трапу на нижнюю палубу.

На ветру и в движении на корабле никогда не бывает тихо. Бревна скрипят и стонут, один из парусов мерно хлопает, громко, как пистолетный выстрел, и вода вокруг корпуса шелестит и шепчется."

"На нижней палубе было темно, но Том передвигался уверенно и только раз натолкнулся на переборку.

Шум, поднятый им, перекрывали другие корабельные шумы.

У основания сходного трапа висела одна-единственная лампа. Она бросала мерцающий отсвет в центральный проход. Под дверью отцовской каюты виднелся серебристый свет. Том проскользнул мимо и на мгновение задержался у крошечной каюты, в которой спали три девочки. Ничего не услышал и пошел дальше.

Пороховой погреб находился палубой ниже, сразу за тем местом, где в кильсоне укреплена пята грот-мачты.