Муссон

При этой мысли он ощутил укол вины, но почти сразу вину сменила свирепая радость.

«Да. Я убью его». Теперь для него это единственный возможный путь.

И Гай стал искать случая. На следующий день в полдень он прогуливался по палубе с мистером Битти, а вахтенные офицеры, в том числе отец и Том, с помощью своих бэкстафов замеряли положение солнца.

Мистер Битти подробно объяснял, как Компания ведет свои дела на Востоке.

— У нас две фактории на Карнатическом побережье. Вы знаете, где это, Кортни?

— Да, сэр. — Гай прочитал гору книг и документов, которые дал ему мистер Битти.

 — Карнатик — это территория на юго-востоке Индии, между Восточными Гатами и Коромандельским берегом. Один из богатейших торговых районов Индии, — послушно процитировал он.

Мистер Битти кивнул:

— Вижу, вы ответственно относитесь к своим обязанностям.

Гай пытался следить за разговором, но его внимание все время привлекали люди на юте. Он видел, как офицеры разговаривали, глядя на навигационную доску, затем Том написал что-то на своей доске и показал результат отцу.

— Отличная работа, парень. Прикажу отметить на карте.

Голос отца был слышен, несмотря на ветер.

Эта похвала резанула Гая и укрепила его решимость осуществить свой план.

Отец в последний раз обошел палубу, поглядывая на паруса и на курс на нактоузе. Внушительная фигура: высокий, с широкими плечами, с красивым обветренным лицом и густыми черными волосами, забранными сзади в конский хвост. При мысли о разговоре с отцом Гай испытывал страх. Наконец Хэл передал палубу вахтенному офицеру и спустился по трапу в свою каюту.

— Сэр, — повернулся Гай к мистеру Битти. — Прошу меня извинить. Мне нужно обсудить с отцом кое-что очень важное.

— Конечно. — Мистер Битти жестом отпустил его. — Я буду здесь, когда вы вернетесь. Тогда и продолжим нашу беседу. Я нахожу ее очень интересной.

Гай постучал в дверь каюты на корме и, услышав голос отца: «Войдите», открыл ее. Отец поднял голову от судового журнала, в котором записывал положение в полдень; перо в его руке еще нависало над страницей.

— Да, парень, в чем дело?

Гай набрал в грудь побольше воздуха.

— Я хочу вызвать Тома на дуэль.

Хэл аккуратно опустил перо в чернильницу и задумчиво потер подбородок, прежде чем снова посмотрел на сына.

— Почему?

— Ты знаешь, отец, ты там был. Это так отвратительно, что я не могу заставить себя говорить об этом, но Том нанес глубокое оскорбление мисс Каролине.

— Ага! — сказал Хэл. — Так вот оно что.

Молча глядя на Гая, он думал: «Если эта маленькая шлюха восприняла то, что ее уложили на спину, как оскорбление, она очень своеобразно выражала это». А вслух спросил:

— Кто она для тебя?

— Я люблю ее, отец, — ответил Гай с простым достоинством, которое тронуло Хэла.