Муж напрокат

Он криво усмехнулся, пытаясь сдержаться и сохранить суровый вид, но я видела эти искры в его глазах. Растерянная и немного рассредоточенная, я все же обратила внимание на такую, казалось бы, мелочь, как его мимика, и не могла не позволить себе получить удовольствие от кратковременной вспышки его внимания.

― Как дети? ― спросил он, как только мы сели в машину и тронулись с места.

― Хорошо, ― ответила я, глядя на него. Теперь торопиться уже было некуда, и я могла немного расслабиться.

― Ты сегодня какая-то несобранная.

― Да, утро выдалось непростым.

― Может, нанять няню?

Я посмотрела на него, как на умалишенного.

― Зачем?

― Чтобы тебе было легче.

― Мне с ними и так несложно, ― сказала я, нахмурившись.

― Лана, но ты же устаешь. И учишься еще… Кстати, ты пишешь дипломную работу?

― Да, ― выдохнула устало.

Пишу. По ночам, втихую, когда есть пробел на работе, но ему я этого не скажу. Я отвернулась к окну, чтобы у него не было возможности так меня разглядывать. Сегодня и так едва замазала темные круги под глазами. Несколько ночей над учебниками и за ноутбуком ― и вся красота ушла практически бесследно. Я уже держалась практически на одном честном слове и чистом кофеине. Самое интересное в том, что я не любила кофе, но была вынуждена теперь пить его литрами, чтобы не свалиться с ног. До сдачи дипломной работы оставался месяц, а через неделю мне нужно было представить проект куратору. С таким ритмом я, наверное, просплю трое суток после защиты диплома.

― Лана? ―снова позвал Колин, и я вынуждена была посмотреть на него. ― Ты выглядишь уставшей.

― Спасибо за комплимент, ― вяло пробормотала я. Движение машины усыпляло, и мне хотелось прикрыть глаза всего на минуточку для перезагрузки. Но ехать было недалеко, поэтому я не могла себе этого позволить.

― Тебе нужно больше отдыхать.

Я спрятала за легким покашливанием свой истерический смех. Мне хотелось сказать Колину: «Давай-ка разберем, в какую часть дня я могу втиснуть длительный сон. Утро начинается в шесть, так как раньше просто не могу заставить себя вылезти из кровати. Я быстро принимаю душ и сушу волосы. Крашусь, бужу детей, привожу Ноа в порядок, постоянно подгоняя Вики, потому что вместо чистки зубов она засыпает над раковиной. И хорошо, если при этом хоть как-то елозит по зубам щеткой. Потом я тащу этих «сов» в кухню, чтобы попытаться запихнуть в них завтрак, от которого они отказываются. Я ношусь между ними и кофемашиной, чтобы сделать хотя бы глоток горячего напитка до того, как нам нужно будет выбегать из дома. Параллельно я должна запихнуть в детей хотя бы пару ложек хлопьев. Потом собрать им перекус, одеть всех, подобрав не то, что мне кажется красивым или просто чистым, а то, что хотят они.