На службе Великого дома

Вот интересно, когда он на Земле читал про всяких крутых бойцов, то во всех книгах про них непременно было описано, что они, мол, двигаются «по-кошачьи», «с кошачьей грацией», «хищно, как пантера» — ну и так далее. Здесь же Ник ничего такого не замечал. То, что обученные рукопашники вообще и клановые офицеры в частности двигаются несколько иначе, чем остальные люди, он уловил довольно давно, но ни с какой кошачьей грацией их особенности движения у Ника совершенно не ассоциировались. Скорее, они двигались… скупо. И очень точно."

"Вот как, например, производит движение человек, которого окликнули? Он разворачивается туда, откуда раздался голос, не только головой, но и всем телом, руки еще раскинет и голову как-то с вывертом наклонит. А девчонки вообще часто подпрыгивают и разворачиваются туда полностью — этаким приставным шажочком. Раз-два и не только носик, но и носочки туфелек смотрят туда, откуда окликнули. Рукопашники же двигались совершенно по-другому — поворот головы строго на определенный угол, чтобы только поймать окликнувшего боковым зрением и идентифицировать, но глаза при этом продолжают контролировать пространство в максимально доступном секторе. Другие движения — только по необходимости: развернуться и шагнуть к стене, чтобы обезопасить спину, сделать шаг назад, чтобы привести окликнувшего в более удобный сектор, присесть, чтобы сократить возможности наблюдения, и так далее… И вот только тогда, когда он перестал пытаться изобразить эту самую «кошачью грацию» и интуитивно начал подражать движениям Гурона, у него и начало что-то получаться.

Нет, адмирал по-прежнему валял его по всему залу, но уже не как хотел, а как получалось и прилагая усилия. Более того, Ник уже нет-нет, да успевал провести какой-никакой удар. А пару раз он даже рискнул попытаться сделать подсечку. Неудачно, конечно, но до этого он вообще выступал в ипостаси «груши», а тут хоть что-то… Но это были все его успехи.

— Молодец, — удовлетворенно кивнул адмирал, когда решил сделать перерыв в своем валянии Ника по залу, — для первого раза просто отлично.

Ник криво улыбнулся. Несмотря на все свои «успехи», молодцом он себя совершенно не ощущал.

— Заниматься будем каждый день по полтора часа. Еще четыре будешь проводить в тренажерной. И два раза по два часа стрелковой подготовки в манекированном тире. Два часа — одноручное оружие, два часа — двуручное. Как распределить остальное время, тебе скажет профессор Триарни.

— А вы что, сами будете со мной заниматься? — удивился Ник.

— Ну, не только я, конечно. Через пару недель пришлю тебе инструкторов из центра подготовки десанта. Рукопашнику, чтобы не останавливаться в развитии, надо регулярно менять спарринг-партнеров.