На страже Империи. Том 1

Реальность пошла волнами, раздираемая на куски новыми открывшимися вратами. Смертоносное заклинание Бесплотного просто растаяло, все ушло в раскрывшуюся воронку между измерениями.

В ответ из ниоткуда раздался оглушительный рев. А затем мир над печатью пошел черными трещинами. Отовсюду повеяло сыростью, затхлым болотом, сладковатым ароматом тропиков… И в наш мир протиснулась зубастая пасть рептилии на длинной чешуйчатой шее.

А затем еще одна. И еще. И еще. А, когда вылезла пятая шея, а следом начало просачиваться могучее тело, покрытое блестящей на Солнце темно-фиолетовой чешуей, когда вылезли длинные драконьи лапы с когтями, крушащими камень арены, я понял, что мне прислали в подмогу.

Гидра. Гидра Глубин. Совсем молодая — всего в полтора десятка метров длиной. Эти твари вырастают и до полусотни метров, но, как и обещала, Королева Суда прислала малышку.

Только вот простому Бесплотному хватит и этого.

— НЕТ!!! НЕМЫСЛИМО!!! — проскрипел он, вновь вселяя ужас в сердца слабовольным колдунов. — ОТКУДА⁈

— Прямиком из Пещеры Страшного Суда! — рассмеялся я, взлетая над лиловыми головами гидры, уже тянущимися к проклятой нежити. О, если на ургальских пустошах эти твари — цари и боги, гоняющие местную живность, как им угодно, то в Глубинах, на самом дне мира Смерти, все иначе.

Там, где Смерть переходит в Пустоту, где лежит граница между Ургалом и Нигилием, царит совсем иная жизнь. Пугающая ургальских личей, мягко говоря, до усрачки…

Как же тебя назвать…

Тем временем, порядком перетрусивший Бесплотный пытался взлететь повыше. Но Гидре Глубин не нужно было ловить эту тварь зубами. Подтягивая мощное толстое тело передними лапами, разворотив половину бывшей арены, она посмотрела на Бесплотного пятью парами глаз… А затем плюнула всеми пятью пастями.

Пять потоков темно-лиловой густой жидкости, астральной кислоты, способной убить обычного Всадника одним касанием, устремились к врагу. Да таким широким конусом, что уклониться у него не было ни шанса.

Ну он и не уклонился. Все его щиты смяло как мокрую бумагу, с ног до головы его залило этой губительной для нежити кислотой… И он полетел к земле, оглушительно вопя и исходя густым сизым дымом.

А уж стоило ему коснуться камня арены, как к телу тут же на огромной скорости подползла гидра — и просто разорвала его пятью зубастыми пастями.

Эти твари лишь кажутся неуклюжими пятиголовыми червями, тягающими себя двумя передними лапами. И горе тому, кто поверит в их медлительность."

"Когда трапеза закончилась, а отошедшие от шока маги принялись вчистую громить Всадников Праха, ставших без командира медлительными и жалкими, я подлетел к гидре, встав перед пятью пастями, в каждой из которых я при желании мог бы уместиться.

— Ты понимаешь меня? — громко спросил я.