Отдаленные последствия. Том 1
Вы когда-нибудь слышали о термине «рикошетные жертвы»? Нет, это вовсе не те, в кого срикошетила пуля. Так называют ближайшее окружение пострадавшего. Членов семей погибших, мужей изнасилованных женщин, родителей попавших под машину детей… Тех, кто часто страдает почти так же, как и сама жертва трагедии…В Москве объявился серийный убийца. С чудовищной силой неизвестный сворачивает шейные позвонки одиноким прохожим и оставляет на их телах короткие записки: «Моему Учителю». Что хочет сказать он миру своими посланиями? Это лютый маньяк, одержимый безумной идеей? Или члены кровавой секты совершают ритуальные жертвоприношения? А может, обычные заказные убийства, хитро замаскированные под выходки сумасшедшего? Найти ответы предстоит лучшим сотрудникам «убойного отдела» МУРа – Зарубину, Сташису и Дзюбе. Начальство давит, дело засекречено, времени на раскрытие почти нет, и если бы не помощь легендарной Анастасии Каменской…Впрочем, зацепка у следствия появилась: все убитые когда-то совершили грубые ДТП с человеческими жертвами, но так и не понесли заслуженного наказания. Не зря же говорят, что у каждого поступка в жизни всегда бывают последствия. Возможно, смерть лихачей – одно из них?
Стало быть, у этого малоприятного человека были в рукаве еще какие-то козыри.
Зарубин
Ощущение такое, будто ночи не было вообще и вчерашний день каким-то немыслимым образом превратился в день сегодняшний без пауз, сна и отдыха, хотя Сергей Кузьмич и дома побывал, и что-то, помнится, ел целых два раза, и даже поспал немножко. Вроде бы…
В голове царил не хаос, а вязкая непроваренная каша из обрывков информации. Обрывков было много, но засада в том, что сложить кусочки следовало таким образом, чтобы получилась не та картинка, которая на образце, а совсем другая. Такая, какая надо. Более того: на получившейся картинке должны прочитываться три разных сюжета. Это вообще реально или как?
Из отчета оперчасти изолятора следовало, что задержанный Матвей Очеретин в разговорах с сокамерниками никаких имен не называл, никакую группу не упоминал, зато много и страстно рассуждал о целях правосудия, о справедливости и о том, что правоохранительная деятельность давно оставила за бортом людей, ставших жертвами преступников, затем, спустя некоторое время, плюнула и на самих преступников и теперь занимается исключительно обслуживанием политической борьбы, а в оставшееся время – внутриведомственной грызней. Одним словом, за ночь в ходе внутрикамерной разработки ничего полезного для раскрытия двух убийств выявить не удалось.
Зато Антон Сташис вместе с прикомандированным из Восточного округа пареньком порадовали. Сопоставление списка соавторов статьи с данными телефона Очеретина позволило установить предположительный состав группы лиц, которые могут оказаться причастными к убийствам Леонида Чекчурина и Татьяны Майстренко.
– Димура Борис Владимирович, аспирант Стекловой, – перечислял Антон, глядя в свои записи. – Гиндин Илья Кириллович, научный сотрудник ВНИИ МВД, капитан полиции. Лазаренко Александр Сергеевич, социолог, уроженец Читы, в Москве проживает с шестнадцатого года. Четвертый соавтор, Выходцев И. А., в контактах Очеретина не значится, мы еще не успели его установить. Самым перспективным, на наш взгляд, является капитан Гиндин, у него может быть доступ к информации о расположении камер наружного наблюдения. Если Очеретина принять за исполнителя по трупу Майстренко, то Гиндин – явно один из организаторов."
"Да что ж такое-то! Ну почему непруха всегда тянется неделями и месяцами, а удача хорошо если на полминутки задержится, а то и вовсе мелькнет – и ищи ее потом… Вот только капитана полиции до кучи не хватало для полного счастья. Потом сто лет перед собственной безопасностью не отпишешься. Но ведь сверху четкая команда прошла: лишних людей в проблему не вовлекать и в суть дела не посвящать.

















