Отдаленные последствия. Том 1

– Вы это серьезно, Анастасия Павловна? Вот уж никак не ожидал услышать от вас такую жуткую конспирологическую теорию. Вы же разумный человек, здравый, а плетете какую-то историю заговора. Вы что, действительно полагаете, что какие-то таинственные силы целых сорок лет осуществляли такую долговременную комбинацию? Вам самой не смешно?

Настя улыбнулась и сунула в рот последнюю ложечку суфле. Вкусно. Настолько вкусно, что даже этот майор не смог испортить удовольствие.

– Да бог с вами, какие там комбинации! Насчет длинной многоходовки – это я вас обманула. Пошутила. Комбинации были, конечно, но более, так сказать, кратковременные, и последовательно осуществлялись разными интересантами, друг с другом не связанными. Однако вся эта история – прекрасная иллюстрация того, какими могут быть отдаленные последствия взаимной неприязни всего лишь двух отдельно взятых персонажей. Согласитесь, красиво?

Она посмотрела на часы. Без четверти два. Совсем скоро Лешка появится. Ладно, не будет она терзать этого дорого одетого Паюшина, он ведь тоже приказ выполняет, государеву службу несет. Он не виноват.

– Теперь о деле. Вас интересует, кто и в связи с чем разговаривал со мной о Стекловой, я правильно поняла?

Паюшин одобрительно закивал, Настина сговорчивость ему явно понравилась.

– Да, правильно.

– Со мной разговаривал вчера вечером по телефону капитан Дзюба, а сегодня утром – полковник Зарубин.

Скрывать смысла нет, не зря же этот крендель приперся к ней на занятия. Значит, либо наружка доложила об утренней встрече, либо они контролируют звонки оперов, занимающихся делом Учителя. Если она попытается соврать так грубо, то ребятам точно не поздоровится. А вот если не грубо, то…

– Что они вам пояснили?

– Ничего. Дзюба спросил, знала ли я Стеклову и могу ли хоть что-то рассказать о ней. Я ответила, что была знакома со Светланой Валентиновной в тот период, когда работала над диссертацией, изучала ее труды и имею некоторое, не очень глубокое, представление о том, как она руководила кафедрой, но это было давно, полтора десятка лет назад. Утром я встретилась с полковником Зарубиным и поделилась с ним своими воспоминаниями более подробно. На этом всё.

– Но они хоть как-то объяснили вам свой интерес к личности профессора Стекловой?

– Они не обязаны ничего мне объяснять. Они спросили – я ответила. Господин Паюшин, я, конечно, уже десять лет в отставке, но работу свою помню неплохо, можете мне поверить. Я знаю, что такое служебная тайна и тайна следствия, и понимаю, что действующий оперативник скажет мне ровно столько, сколько сочтет нужным и сколько дозволено нашими, то есть теперь уже вашими, внутренними приказами и инструкциями. Поэтому никаких вопросов я им не задавала.