Набери мой номер ночью

На нее я посмотрела по-щенячьи виновато. Своим нытьем и ей испортила вечер. Сама таких людей терпеть не могу, когда договаривались об одном, а на деле всех собравшихся в свою трясину тянут. Похлопала ресницами и выдала:"

"— Хорошо, Оль. Я посижу и обещаю, что не буду портить никому настроение. Но мне больше не наливать! Извини. Тебе они понравились — я поддержу. Или такси поймаю и уеду к своей любименькой Эвелине Сергеевне, — не выдержала и выругалась: — Чтоб у нее смородинка уродилась.

Но подруга вдруг отмахнулась:

— Да ну их. Что-то мне после твоих романтических баек тоже чего-то посолиднее захотелось.

Слушай, Маш, а ты у своего переночевать не сможешь? Как-то страшно тебя в таком состоянии отпускать.

— Не смогу, — я уже стояла на ногах почти твердо. — Хотя бы потому, что никогда не решусь ему позвонить. И вообще он мне не нужен, я тебе это весь вечер пыталась объяснить!

— А тебе и не придется, — ответила она и повернулась на каблуках.

Я с ужасом распознала собственный телефон в ее руке.

— Оль… не надо… Да не нужен он ни тут, ни вообще!

— Ты же сама собиралась устроить ему проверку, — она пожала плечами.

— Вот и посмотрим — хоть на какую-то реакцию. А то ты мне выдала слишком мало информации для выводов. Вот этот же — «Кир»? Или лучше на боссовский звонить?

Я оцепенела, но на самом деле мне стало интересно, что она отчебучит и к чему это приведет. Все же душа-то требовала действий — и вот они самые. А я вроде как ни при чем.

Ольга уже говорила не со мной:

— Кирилл Алексеевич? Нет, это не Маша. Подруга. Мы с ней в «Лабрадоре», знаете, где это? Маша немного выпила, и теперь жмется на танцполе с какими-то наркошами.

Я не в силах вытащить их всех из-под ее юбки. Вам звоню, потому что от вас больше всего входящих. Решила, что вы друг или сослуживец и согласитесь мне помочь. Нет? Извините, что побеспокоила.

По мере этой речи мои глаза становились все больше. Ольга равнодушно протянула мне телефон, но я не смогла его подхватить одеревеневшей рукой. Я ее считала подругой! Да, стервозной и высокомерной, но подругой! Телефон упал под ноги, но я смотрела только на нее.

— Оля… зачем? Зачем так? С кем это я жмусь?

— А что тебе? Считай помощью с самоопределением.

— Помощью?! — я задыхалась. А злость выдавливала даже хмель. — Ты… Ты просто его не знаешь! Он собственник! Он может спустить все что угодно, но только не других мужиков у меня под юбкой!

— Так ты же недавно его вообще мне отдавала. Да выдохни — я пошутила. Не стала я на вызов нажимать, еще чего. Я, по-твоему, совсем без границ? Просто хотела убедиться, нужен или не нужен, ведь ты каждый раз противоположное талдычишь. Вот теперь вижу, когда ты правду говорила.

Я облегченно выдохнула.