Набери мой номер ночью

Я не знала, что на такое обвинение отвечать. Не правоту же его признавать.

Тогда он заговорил сам:"

"— Маш, ну ты ситуацию тоже оцени. Я знал, что ты уже напугана прошлыми сессиями. Потому прямыми методами ничего бы не добился. А я обязательно хотел добиться. И гляди-ка… Кстати, симпатичный пиджачок.

Ответила совсем тихо:

— Да я тебя боюсь теперь еще сильнее.

— А ты возьми и не бойся. Хотела первого нормального разговора — а мы даже до кафе не доехали. Поедем?

— Нет!

Он снова озарил меня тем же оскалом.

— Тогда давай поговорим здесь. Я просто заплатил твоему гаденышу за имя, чтобы быть уверенным. А потом мы уже врали друг другу абсолютно синхронно.

— Да я… я же как марионетка! Думаешь, приятно узнать, что всё идет по чьему-то продуманному плану?

Кирилл мотнул головой:

— Мимо. Далеко не всё. Тогда… у тебя в квартире было совсем не по плану, против плана. Я не идеальная машина по расчетам. И правды я тебе говорил намного больше.

Я не могла собраться с мыслями. Даже если все его признания были настоящими — именно так он и чувствовал — то это же еще невероятнее! Я думала, что он признавался постороннему человеку, но у кого хватило бы силы духа лить эти признания прямо тому, от которого «на стены лезешь»? Это почему-то выглядело в произошедшем парадоксальнее всего. Или просто врал, преувеличивал? Разводил на секс, пусть трудозатратными и дорогими методами? Об этом и спросила, больше не в силах играть:

— Кир, я тебе хотя бы нравлюсь?

— Шутишь, что ли? — он даже улыбаться перестал. — Я себе уже локти сгрыз от желания тебя получить.

— Секс?

— Безусловно. Но не только он. По-твоему, мне заняться больше нечем, как загонять так долго одну девчонку, которая мне даже не нравится?

— Но ты не насильник, — я не добавила вопросительную интонацию, но ответа ждала.

— А зачем мне тебя насиловать, Маш, если ты и так дозреешь? Я же не оставлю, пока не получу. Но потом обязательно сыграем и в изнасилование, тебе понравится.

— Но я люблю другого мужчину! Уже говорила!

Он расхохотался громко и искренне. Отступил, запрокинув голову вверх. И, просмеявшись, снова посмотрел на меня, но уже не приближался:

— Да, тот самый ревнивец, как же. И где он был все это время? Как относится к твоей второй работе, там никаких двусмысленностей не возникает? Маш, да прекрати ты извиваться. Тебе проще отпугивать меня ужасом в глазах… Хотя постой-ка, мы же оба знаем про мои наклонности. А может, ужас меня только разогреет? Тогда продолжай.

Своего он добился — теперь я посмотрела на него с неприязнью. Спрыгнула на землю и направилась в подъезд. Услышала в спину:

— То есть свидание отменяется?

Мужчина вел себя так, словно его вообще ничего не тревожит.