Наемник - Наемник. Патрульный. Мусорщик

Войдя во двор, боковым зрением я заметил движение в окне, выходящем во двор. Мне показалось, это было бледное лицо дяди Олега. Жил он один, бобылем, так что никого в доме, кроме него, не должно было быть.

Когда я подошел к входной двери, услышал, как щелкнул внутренний запор, и почти сразу осмелевший голос дяди:

— Чего приперлись? Тут частные владения.

Молча ухватившись за ручку, я рывком дернул на себя. Немного перестарался — в руке у меня осталась вся дверь, я вырвал не только запор, но и петли.

С недоумением посмотрев на дверь в руке и отшвырнув ее в сторону, я хмуро бросил:

— Да мне как-то без разницы, частные тут владения или нет.

Надо отдать должное дяде, трусом он никогда не был, поэтому, прорычав что-то невнятное, он с кулаками бросился на меня. Я едва не согнулся от смеха, блокируя его первый удар. Ухмыляясь, перехватил его и, закрутив вокруг своей оси, с силой швырнул об стену сарая. С грохотом врезавшись в щитовую стену сеновала, дядя обмяк, но сознание не потерял. Застонав, он перевернулся на спину и с ненавистью посмотрел на меня.

— Выродок, — выдохнул он.

Пока один из бойцов присматривал за нами, двое других осмотрели дом и другие пристройки.

Убрав бластер в кобуру, я присел рядом с дядькой и, насмешливо посмотрев ему в глаза, жестко сказал:

— Кто навел на мать, кто подсказал? Говори, тварь!

К моему удивлению, отпираться он не стал и признал, что к нему приходили люди и дали толстый намек, чтобы он морально воздействовал на сноху и ее детей.

— Опиши мне их, — приказал я.

Схема была проста: довести мою семью до бедственного состояния, чтобы приманить меня. Что ж, им же хуже.

Услышав описание, я посмотрел на бойца.

— Есть у нас такой, один из четверки, что сидели в машине.

— Сюда веди, — приказал я.

Опознание прошло быстро. Отправив пленного обратно, я встал и достал бластер.

— Убивать я тебя не стану, родственник какой-никакой. Но проучить — проучу. Чтобы тебе дом деда колом поперек горла встал.

Поставив мощность луча на средний, я одним росчерком перерезал ему ноги сантиметров на двадцать вышел колен. После чего, подхватив ампутированные конечности и откинув их в сторону, поставил уровень мощности на максимум и парой выстрелов сжег их.

Дядька сидел и неверяще смотрел на культи. Луч не только отрезал, но и прожег мясо, так что кровотечения не было. Только через пять секунд после ампутации двор разрезал дикий крик:

— А-А-А-А-А-А-А!!!

— Уходим, — обернулся я к бойцам.

Мы вышли со двора на улицу. Убрав оружие, я посмотрел на микроавтобус. Мама и сестренка сидели немного бледные, видимо, и до них донесся рев раненого носорога со двора дядьки.