Папа (для) моей дочери

– Только он виноват в том, что мой муж стал видеть во мне шлюху.

– Да неужели?! А может, он дал тебе почувствовать, что всё бывает совсем по-другому?"

"– Я не хотела по-другому. Меня устраивало, как было. Я до сих пор люблю Вадима, – выдыхаю признание. – А Клим…

– А Клим – отец твоей дочери, который, узнав, что ты растишь ребёнка одна, старался как можно больше времени провести с ней. Ира, вы ведь взрослые люди и можете договориться, в какие дни он может общаться с дочерью.

– Олесь, я не могу просто так оставить с ним дочь.

– Оставь не просто так, – шутит Леся. – И вообще, я не понимаю, что ты так на этом зациклилась. Вы ведь нормально контактировали, пока не вмешался Бархалей.

При упоминании Вадима я снова вздыхаю, и Леся это замечает.

– Не-ет, – тянет подруга. – Только не говори, что ты общаешься с бывшим?!

Я молчу. Общением это назвать сложно, потому что оно идёт только с одной стороны. Не прошло ни одного дня, чтобы Вадим не прислал сообщения. Сначала он звонил. Много. Часто. Но я просто скидывала звонки. Потом стали приходить сообщения. Номер не определялся, но я знала, что это Вадим. Только вот ни на одно сообщение я не ответила.

– Ира! – требует ответа Малевская.

– Нет, – отвечаю ей. – Он пишет.

– И что он пишет? – фыркает Леся.

Я просто пожимаю плечами. Как сказать подруге, что Вадим искренне во всём раскаивается? Вижу в глазах подруги нескрываемое любопытство. И как специально звуковой сигнал сообщает о входящем СМС.

– И чего это он активизировался? То, понимаете, исчез, словно его никогда не было, а тут вдруг решил о себе напомнить!

– Я не знаю.

Это правда. И я даже не уверена, что хочу знать, потому что прекрасно помню, каким настойчивым и убедительным бывает Вадим. Только сейчас для меня важнее всего Женя.

Звук второго входящего сообщения заставляет Леську дёрнуться.

– Что, опять?! – возмущается она.

Я просто пожимаю плечами. Я устала. Устала настолько, что хочется куда-нибудь спрятаться и вернуться только тогда, когда всё закончится, но из-за дочери я не могу себе этого позволить.

Третий звуковой сигнал окончательно выводит из себя Малевскую, и она хватает мой телефон. Пароль на нём никогда не стоял – Женя частенько брала его.

– Нет, ну каков наглец, а?! – возмущается Леся, пролистывая сообщения. – Очнулся! «Я был неправ!», «Не смог дождаться!». Сказочник!

Леся усиленно и с каким-то непонятным остервенением хозяйничает в моём телефоне.

– Я всё удалила! Это ложь! Я бы поверила, если бы он сказал это сразу, а не спустя столько лет! «Я был не в себе!» – повторяет Леся прочитанные фразы. – Ни фига он не раскаялся! Не верю! Он увидел тебя с Шелестом, вот и взбесился! А до этого и дела ему никакого не было! А тут весь такой белый и пушистый.