Наизнанку

И, кстати, чтобы я тебя в твоих старых «коридорах» даже не видел! Ясно?

— Мне и самому пока на тот свет не хочется."

"— Отлично. А ты больше не лезь к Макову. Я сам узнаю, кто там такой смелый нашелся, что мимо Моисея дорогу «афганке» открыл. Не отсвечивай!

— Меня не тронут, ты же знаешь?

— Знаю, папеньку-депутата огорчить никто не захочет. Но все равно. Не лезь. И за Боярой следи, а то он не по-детски в Корнея вцепился.

— Его нельзя остановить. Он всю жизнь себе на уме! Сутками на работе пропадает. Ни бабы, ни интересов! Нарвался в том году на какого-то генерала, чуть из органов не выперли. Отец помог. Но от него все равно не отстали, в архив засунули, а потом и вовсе в дорожники перевели. Предлагал помочь, а он говорит, что в архиве еще интереснее. — Илья поднял очки, наблюдая за резвящейся Янкой.

— Черт! Лучше бы его выперли.

— Сам потом пожалел. Устроили бы его к отцу и все! Нет же, он роет глубже, чем экскаватор! Я рад, что ты вернулся. Только, придурок, ты где был все это время?

— Работал!

— Наскалов, ты мне мозг не пудри!

— Мара, ты все равно ничего не узнаешь, но поругаемся, а может, даже подеремся, — я закурил и спрыгнул с капота машины.

— Ладно. Ну, как тебе моя земелька? Еще по плану здесь будет бойцовский клуб. Не тот, где в кровь бьют друг друга за бабки, а куда будут приезжать тренеры, чтобы научить и занять молодежь. Лучше, чем по подъездам шариться, — Илья горько вздохнул, бросил короткий взгляд на правую руку. Рукав рубашки задрался, обнажая неестественно синюшную кожу локтя. И снова нацепил очки на глаза. — Ты не думай, я больше туда не вернусь. Не дождутся. Буду занимать молодежь. Не дам им колоться. Хватит, я сам за них все перепробовал.

— Здорово! Когда начнешь? — я еле сглотнул ком в горле. От его слов по коже побежал холодок.

— Сегодня, — Мара кивнул в сторону вереницы грузовиков, мчащихся по дороге. — Я скоро. Только встречу.

Участок и правда был отменным. Огромное поле, окруженное глухим лесом. Вдали виднелось озеро. Рельеф, был бесподобный, такой настоящий, но в то же время своенравный и дерзкий. Резкие перепады, хороший обзор. К участку вела узкая проселочная дорога, на которой, кстати, уже лежало отличное покрытие. По периметру стояли строительные бытовки, а из прибывших автобусов высыпали рабочие.

— Друг мой Кролик!

— А?

— Прыгай в клетку, — я открыл пассажирскую дверь.

— Скала, сидеть! — взвизгнула она.

Я сначала не понял, что она имела в виду, а когда обернулся, увидел, что Кролик говорила с черной шавкой. Небольшая, худая, покрытая репьем собака, послушно сидела и виляла хвостом. А Янка победно раздавала команды:

— Лежать, Скала!

Глава 18

Олег

Засранка! Всю душу мне вымотала с этой собакой. Еще и назвала его весьма оригинально.