Наизнанку
Для кого-то он Призрак — бездушный убийца, для кого-то Скала — несгибаемый и упёртый. Его имя произносят с плохо скрываемым страхом. У него много имён, много ролей. Олег всегда разный: холодный, непробиваемый и такой красивый. Она — папина принцесса, наполненная романтическими мечтами о настоящем принце. Яна спутала его планы, ворвалась в жизнь переменчивым ветром сентября, сорвала многолетнюю маску. Что между ними может быть общего? Ничего кроме любви и общей тайны прошлого, что тянется атласной лентой, связывая их друг с другом навсегда…"— Даже если ты будешь сопротивляться, я останусь твоей слабостью, потому что от этого еще не придумали лекарства. С каждым днем я буду проникать в твою кровь все глубже. Даже придерживая на расстоянии, будешь помнить меня. Я «отравлю» сначала твое тело, а потом и душу!— Ты упускаешь только одну деталь. Я не спорю, что физически ты близка к моей полной капитуляции. Но душа? Детка, ты погорячилась! У меня ее просто нет!"Содержит нецензурную брань.
Ничего!
Я не мог не знать, потому что мог спокойно находиться в Кабуле только благодаря Пахе, он лично следил за Янкой, высылая мне подробные сообщения. Я знал, что Моисей готовится к свадьбе, знал, что Янка съехала из родительского дома и больше не разговаривает с отцом. Кролик не выходила из квартиры без Куранова и закрывала двери на все замки. Еще я знал, что последние несколько дней Янка почти не расставалась с Динаром. Он сопровождал ее в кино, магазины, а по вечерам они гуляли вдоль городского пруда. Лучше бы я не знал…"
"Мне стало интересно, почему Моисей сделал выбор в пользу Динара.
— Ну? Все закончили обмен любезностями? — Сизый развернулся, чтобы сесть в машину. — Стоим тут уже час. Я вообще не понимаю, какого хе*а мы тут делаем. Что, он сам дорогу домой не нашел бы? Моисея так не встречаем, как Наскалова.
— Успокойся, «бубнелка татуированная». Это Весел перепутал время прилета, — засмеялся Динар, ударяя друга в плечо.
— Лазарь? Тачка? — бросил взгляд на бледного Лазарева. Он нервно крутил в руках телефон, прожигая меня взглядом. Я сначала не понял, почему он так напряжен. Чуть сведенные брови то и дело подергивались. Черт! Пытается меня провести. Держит свою «легкого поведения бровь», взлетающую при каждой попытке утаить ту или иную информацию.
— Скала, ты о*ренел, что ли? Даже с моими связями не смог за три недели найти то, что тебе нужно.
— Нет уж, не нужны мне ваши тачки. Дорого обходятся шуточки «вашего брата»!
— Олег! Ты со словами-то аккуратнее, — подал голос Буба. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел в пол, ковыряя носком ботинка слежавшийся снег. — Я понимаю, что не доверяешь, но нам нет резона «убирать» тебя.
— Это вам надо быть аккуратнее.
— А что Ворон-то? — он аж подскочил на месте, выронив из рук ключи от машины.
— А то, что ты начальник охраны. И к тебе много вопросов! Лично у меня очень много вопросов. Даже не знаю, как я до сих пор терплю! — внимательно смотрел на светловолосого парня. Ворон нервно провел ладонью по коротко стриженой голове и сжал подбородок, не отводя от меня глаз. Он стоял, не шевелясь, выдерживая напор взгляда.















