Наизнанку

Радовался, еще не подозревая, что одно надвигающееся счастье может забрать то, что я тогда имел.

— Пап… — как только он поднял на меня свои прозрачно-голубые глаза, сердце перестало колотиться. Замерло, сжавшись от переизбытка эмоций, которые может вызывать только родной человек. Отец чуть прищурился и снова опустил голову. Захотелось сесть у его ног, как в детстве, распустить волосы, чтобы неумелые мужские руки пытались заплести косу. Но удержалась, подойдя к окну. Не могла отступить, потому что именно сегодня я должна сказать ему все.

— Где ты была?

— Дома.

— Почему тогда не открыла дверь? Ты же слышала, что я приезжал? Да?

— Потому что не хотела, пап.

Я никого не хотела видеть. Даже тебя. За последние полгода я становилась невольным свидетелем чего-то ужасного слишком часто. Ты так не думаешь? Не хочу больше. Мое везение плюс твой образ жизни…. В итоге мы имеем то, что имеем.

— Вернись домой.

— Нет. Больше я не вернусь. Собственно, и сейчас приехала, чтобы собрать последние вещи. Я сняла квартиру недалеко от универа. А еще нашла работу. Буду помогать в детском реабилитационном центре при интернате.

— Что? Что ты говоришь? — он резко встал.

Широкая ладонь сомкнулась, зажимая старого, и без того потрепанного медведя в крепкой хватке. Слышала, как трещит старая рассохшаяся ткань.

— Я не вернусь. — Смогла произнести это только после глубокого выдоха. Старалась не сорваться на крик. Пыталась оттянуть назревавший скандал. — Я то и дело слушаю тебя. Тебе самому не надоело?

— Что именно?

— Ты не считаешь гадким то, что подбираешь мне мужика? Ты думаешь о том, что не тебе жить с ним? Не думаешь, что он ляжет в постель к твоей дочери?

— Прекрати! Ян… — пальцы отца разжались, а сам он сел на край кровати, обхватив голову руками.

"

"— Нет, ты подумай, пап… Каково это думать о том, что совершенно посторонний мужик придет, снимет носки и завалится в твою кровать. А я должна терпеть? Должна? Для чего? Для тебя? Чтобы отцу было спокойно? — сама не заметила, как перешла на шепот. На крик не было сил, из меня будто выкачали всю энергию, забрали силу, лишив возможности кричать. — Это противно, пап… Сокурсницы щебечут о влюбленности. Они заходятся от эмоций, описывая своих избранников. Могут вспомнить все: запах, привычки, тон голоса, походку.

А я? Вынуждена безропотно принять все, что уготовил отец. Я никогда не думала об этом, потому что любила… — заметила, как отец вздрогнул, выронив медведя. — И сейчас люблю, но так больше не будет.

— Прекрати. Ты же знаешь, что и я люблю тебя!

— Тогда почему ты лишаешь меня права любить. Я тоже хочу напиться этим чувством до головокружения. Хочу думать только мгновениями. Отрывками, порой не связанными между собой. Отключать мозг, когда он рядом и существовать инстинктами.